Поиск


Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана


В этот сборник включены около 700 стихотворения. Всем приятного чтения!

 

 

 

Небо вспахано журавлиным плугом

 

(Сборник стихов)


Копирование, распространение, а также коммерческое использование сборник стихов "Небо вспахано журавлиным плугом " без письменного согласия правообладателя запрещено. (Холдор Вулкан)

 


 

Фотография на память



Я безумно люблю ненастную погоду,
И на грозовом ветру дрожь травы.
Любовь к природе, год за годом,
Укрепяется у меня в крови.

Люблю небес горозового гнева,
И в свете молнии деревьев тени.
Когда, как на рентгеновском снимке небо,
Оголяет свои артерии и вены.

Низкие тучи и вспышки, как пламя,
Сумасшедший хохот грома.
Дождь плачет, а молния на память,
Сфоткает меня снова и снова.


08/09/2015.
1:50 дня.
Канада, Онтерио.

 

 

Ноша



Я не поеду в Европу и Россию,
И не уеду в США или Канаду.
Свой дом я никогда не покину,
Уговаривать меня не надо.

В этом доме я живу, как на даче,
Хотя нет в нем окна и двери.
Если скажу, что еще он и ходячий,
Никто мне никогда не поверит.

Живу мирно, не жалея ни о чем,
Мне завидует по белому любой.
Не залезет вор, так как свой дом,
Я всегда ношу с собой.



20/03/2014.
9:38 ночи.
г.Бремптон, Канада.

 

 

Крах



В осенних лесах деревья шепчут,
Листопад листьями заметает следы.
Прощаясь с птицами тракторист в кепке,
Долго в небеса осенние глядит.

Повсюду крах, багровый кризис,
Будто никого не осталось на свете.
Подкрадывается зима все ближе и ближе,
Жанглирует листьями ветер.

Хмурый дворник несговорчивый, седой
Шаркает молча старой метлой.
Прохожие тихо и задумчиво идут,
Завязывая шарфы на шею петлей.



26/11/2017.
5:24 вечера.
Канада, Онтерио.

 

 

Догорает день на пылающем закате

(Настоящему журналисту Шодиёру Сайф)



Поранил снова клин журавлиный,
Предзакатные небеса вдали.
Облетают в рощах тополя и ивы,
Беспечно бродят ветры долин.

Крикливо на юг улетели журавли,
Теперь их никто не догонит.
Приостановлен поезд муравьев,
До весны оцеплены вагоны.

День на пылающем закате догорает,
Задумчиво пляшет на ветру трава.
Пугая деревья до смерти у сарая,
Я заготавливаю на зиму дрова.


08/08/2019.
12:34 дня.
Канада, Онтерио.


Грустный вздох осеннего ветра



По садам молчаливо гуляет осень,
Ушло незаметно бабье лето.
Срывает листья с деревьев в роще,
Со вздохом задумчивый ветер.

О не клянись, клен, я тебе верю,
Что в парках и на бульварах ни души.
И ветер кружит листья деревьев,
Чтобы на зиму их засушить.

Дремлют, укрываясь туманами поля,
Где увяли ромашки и васильки.
Деревянные свечи деревьев горят,
Вьются листьев рыжие мотыльки.


20/12/2016.
10:34 дня.
Канада, Онтерио.

 

 

Дождь - задумчивый, старый стукач



Дождь вертуозно играет на крышах,
О неуклюжый дятел, учись!
Как он вежливо, бережно и тихо,
По осенним окнам и крышам стучит.

Стучи, дождь, друг мой прелестный,
Задумчивый, седой, старый стукач.
Я люблю слушать в тишине твои песни,
Идя одиноко с зонтиком в руках.


25/07/2017.
11:38 ночи.
Канада, Онтерио.

 

 

Ветер, как сапожник свистит от скуки



Едет на телеге мужик за дровами,
Кружит задумчивый листопад лесной.
Отправляются журавлиные караваны,
В далекие края за весной.

Не разгоняй птиц, сумасшедшая осень,
Бегая по лесам, замахивая палкой!
Запустели поля и луг давно скошен,
Вид их заплаканный, жалкий.

Высоко в небесах крик журавлиный,
Тишина цикадой издает звуки.
Ветер, который бродит по равнинам,
Как сапожник свистит от скуки.


30/05/2017.
11:52 дня.
Канада, Онтерио.


Расстрел


У деревьев еще не отпилены рога,
Они, как испуганные олены.
У них одна единственная нога,
И несгибающееся колено.

Ветры без ног по просторам бегут,
Луна светит, словно во сне.
А деревья, как каторжники идут,
Будто их ведут на расстрел.

Мерцали звезды в тишине немой,
Словно встревоженные муравьи.
Деревья замерли в роще, под луной,
Их расстреляли соловьи.


10/09/2015.
9:36 утра.
Канада, Онтерио.

 

 

Осенние сумерки



Редеют осенние деревья и кусты,
Луной освещена безлюдная дорога.
Птичьи гнезда и скворечники пусты,
На голой ветке дремлет ворона.

Ветер рой листьев опавших гонит,
На свои тени глядят тополя.
В сумраке тракрор одиноко стонет,
Фарами рыжими ощупывая поля.

У рыжего листопада слабый характер,
Плачет он, роняя листья у ворот.
В полях приглушенно рокочет трактор,
Словно лягушки далеких болот.


10/07/2019.
1:55 дня.
Канада, Онтерио.

 

 

Ветер сеет одуванчиков семена



За опустелыми полями, где - то там,
На закате алом рубиновая полоса.
Оглушает окрестность птичий гам,
Доносятся вечерние голоса.

На осенней дороге, где нет никого,
Кленовые листья задумчиво хороводят.
Пугало, махая разорванным рукавом,
Караваны птиц на юг проводит.

Облетают молчаливо на ветру березы,
Шепча совсем непонятные слова.
Будто глядят они сквозь слезы,
На безлюдные поля, где плачет трава.

Деревья, чтобы не улететь, крепко,
Цепляются за землю коктями.
Листья бьются, как птицы в клетке,
Алыми кленами шумит октябрь.


16/07/2019.
8:31 утра.
Канада, Онтерио.

 

 

Летняя тишина



Дороги, как линия жизни на ладони,
Ветры ветви раскачивают ивам.
Вглядывают ивы в речные затоны,
Словно в зеркало молчаливо.

Бабочка, которая звука лишена,
Гуляет по лугам, что - то ищет.
Чтобы не вспугнуть бабочку тишина,
Молчит и не дышит.


27/03/2020.
1:12 дня.
Канада, Онтерио.

 


Дождь задумчиво моросит мелкий



Чтобы как - то утолить жажду облака,
Спустились с небес к водопою.
Где приливными волнами река,
Пески золотоносные моет.

Пологие берега, высокие обрывы,
Дождь задумчиво моросит мелкий.
В зубах с березовыми ветками бобры,
Режут зеркало дельты.


23/04/2020.
1:20 дня.
Канада, Онтерио.

 

 

Ожидая улетевших птиц


Сбивает листья с деревьев дождь,
День, как рентгеновский снимок серый.
Гудит полуголыми деревьями роща,
Уж не за горами снег первый.

Озябшие воробьи галдят на кустах,
Ветры ищут друг друга и зовут.
О скворечники на длинных шестах,
Так печально не смотрите на юг!


07/15/2017.
1:30 дня.
Канада, Онтерио.


Вижу молнии артерии и вены


Дождь шелестит за окном беспечно,
Плачет он, слезы радости льет.
Иногда от скуки гулко и ритмично,
Чечетку на жестяной крыше бьет.

День на рентгеновский снимок похож,
Вижу молнии артерии и вены.
Как люди из витрин магазинов на дождь,
Глядят задумчивые маникены.


02/10/2019.
7:44 утра.
Канада, Онтерио.

 

 

Ночная метель


Белая бумага лежала на столе.
Он взял карандаш и поставил точку
в центре той бумаги и тихо сказал:
- Как ей одиноко в этом заснеженном
и безлюдном бумажном поле!
Потом точку спешно стер резинкой
и снова произнес со вздохом: - теперь
бедная исчезла в пурге...
Такими словами он глядел в окно,
за которым кружилась метель.


09/11/2018.
3:07 дня.
Канада, Онтерио.

 

 

Бездомного пса доносится лай



Гудят снегом занесенные просторы,
Танец снежинок под воем вьюг.
Белеют заснеженные поля и боры,
Огоньки в окнах, замерзший пруд.

Рой снежных хлопьев бьется,
В оконные стекла и тихо поет.
Из светящихся окон на сугроб льется,
Рыжий свет, похожий на мед.

За окном поземка седая поднимает,
Белоснежное одеяло зимы.
Бездомного пса доносится лай,
Из глубины бездонной тьмы.


30/11/2019.
6:37 утра.
Канада, Онтерио.

 

 

Мгла мне трамваями звонит



Иду одиноко в снежнем тумане,
Мгла в бреду шепотом говорит.
Плачет в шапку пешеход пьяный,
Крошат снег задумчивые фонари.

Тени от деревьев на сугробы легли,
Деревья устали, их ко сну клонит.
Мне сквозь снежные хлопья мгла,
Последными трамваями звонит.


07/28/2017.
3:43 дня.
Канада, Онтерио.

 

 

Засохшое дерево и маленький гриб



Высокое, засохшее дерево, больно похоже на Дон Кихот,
кой ел по субботам яичницу с салом и по пятницам, голубь.
Под ним маленький гриб, вылитый Санчо Панса, ходит тюды сюды,
восхищаясь сумасшедшим начитанным "рыцарем" своим,
который обещал сделать его губернатором завоёванного острова.
А засохшее дерево смотрит вдаль, где ветряные мельницы
машут огромными и могучими крыльями на ветру.


19/04/2020.
9:02 утра.
Канада, Онтерио.

 

 

 

Подробнее...

 

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

 


Ўзбек жамиятида Ибрат Сафо, Шодиёр Сайф сингари виждонли, ҳалол ва жасоратли журналистлар кўпаяверсин!

 

Догорает день на пылающем закате

(Настоящему журналисту Шодиёру Сайф)



Поранил снова клин журавлиный,
Предзакатные небеса вдали.
Облетают в рощах тополя и ивы,
Беспечно бродят ветры долин.

Крикливо на юг улетели журавли,
Теперь их никто не догонит.
Приостановлен поезд муравьев,
До весны оцеплены вагоны.

День на пылающем закате догорает,
Задумчиво пляшет на ветру трава.
Пугая деревья до смерти у сарая,
Я заготавливаю на зиму дрова.




08/08/2019.
12:34 дня.
Канада, Онтерио.

 



 

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

 

Жестокая расплата

(рассказ)





- Мехмет, сынок, ты прости меня, если я сам того не замечая, огорчил тебя когда-нибудь. Я люблю тебя больше всего на свете - сказал Султан Санджар Саваш, обнимая своего сына и поглаживая его голову.

Мехмет удивился, услышав слова своего отца Султана Санджара Саваш.

- Отец, я не понимаю, почему ты так говоришь? Тебе еще слишком рано проститься с нами. Ты еще долго будешь жить на этом свете, и будешь править страной до глубокой старости. Дай Бог тебе крепкого здоровья и долгую жизнь. Я тоже люблю тебя больше жизни, отец! Также мою маму и моего брата Ахмеда - сказал Мехмет, обнимая отца.

У Султана Санджара Саваш на глазах появились слезы, и, чтобы не показывать их сыну, он еще крепче обнял его и поцеловал в голову. Губы его тряслись, и с его глаз невольно покатились слёзы, сначала по лицу, а потом по густой бороде, словно утренняя роса, которая осыпается с травы. В ту ночь Султан Санджар Саваш не спал, нервно похаживая туда-сюда по огненно-красному ковру. Он чувствовал себя, как хищник в клетке, кой беспрестанно ищет выхода на свободу. Потом он позвал своего старшего сына принца валиахда(наследника трона) Ахмеда, и они долго беседовали. В ходе разговора Султан Санджар Саваш намеревался сказать принцу Ахмеду что-то важное, но не смог. После того, как принц Ахмед ушел к себе спать, Султан Санджар Саваш горько заплакал, тряся плечами и причитая:

- О, Боже всемогущий, ты дал мне больше чем я просил! Я стал великим султанам! Но я не знал, что трон бывает столь безжалостным и потребует таких жертв! Если бы я знал об этом раньше, то я бы никогда не стал султанам! Наоборот, я повесил бы на свою шею торбу попрошайки и жил бы всю жизнь нищим! О, Боже, как счастливы эти твои нищие голодранцы, которые живут в трущобах! Я завидую им по белому! Они абсолютно свободны и довольствуются куском хлеба. Ходят, где хотят, и уходят, куда им вздумается. Шагают без охраны по тропинке на широких полях, по пояс во ржи, где гуляют ветры и поют жаворонки, заливаясь трелью. Останавливаются посреди утреннего ржаного поля, где над рожью беззаботно летят веселым роем белые бабочки как в раю. Потом снова идут, куда глаза глядят.

Нищий, в отличие от меня, может совершенно свободно бродить по летним лугам, по пояс в высокой траве, где задумчиво летят на ветру пушинки одуванчиков, пульсируя в воздухе, словно медузы в море. Он часами может внимать далекому стуку дятла и печальному голосу одинокого удода, который поет где - то за полями, зовя его, как далекое детство. Слушать журчанье речки, густо заросшей белыми ромашками, дудниками и донниками и высокими камышами в человеческий рост. Даже может ночевать в стогах сена на поле под звездным небом, любуясь молча сияюшей луной в тишине, слушая монотонные, первозданные песни сверчков и хоровое кваканье далеких лягушек, похожие на шепот. Он засыпает без снотворного, сосчитывая далеких рыжих и синих звезд. Просыпается в предрассветной мгле, когда начнутся переклички перепелок в росистом клеверном поле. Замерает он, глядя на бледный небосвод, где тает и медленно исчезает сонная звезда и туго растягиваясь по горизонту рвутся бледно - желтые тучи, напоминая весеннюю борозду. Умываясь утренной, прозрачной росой, он позавтракают, чем ты, Боже, пошлешь, и даже не думают о возможности отравления. Спокойно съест свой скудный завтрак, поблагодарив Тебя, снова отправится в путь, пешком по тропе, поздороваясь с крестьянами на полях, кивая им головой, с дружелюбной улыбкой на устах. Останавливается на миг, прислушиваясь к печальному голосу кукушки, который доносится из далёкой тополиной рощи. Живет он легко, сбрасывая ненужный груз со своих плеч. Живет счастливо, в гармонии с природой.

А я? Я ни на шаг не могу выйти из крепости без усиленной охраны. Не могу передвигаться свободно и гулять по полям и лугам, даже не могу спокойно пройтись по улицам столицы своей империи. Живу с непреодолимым страхом в сердце. Не сплю ночами, думая о том, не поднимет ли бунт разгневанный народ, словно тайфун на побережье океана, разрушающий всё на своем пути? И с содроганием думаю, а не повесит ли меня на самую высокую виселицу у входа на центральный базар столицы, сбросив меня с трона, народ, который не доволен моей политикой? Сердце мое заливается кровью, когда я начинаю думать о моих чиновниках-подхалимах в своем окружении,которые легко отвернутся от меня, когда я лишусь трона султаната, и именно они первым будут поливать меня грязью, восхваляя нового султана! Они будут вилять своими задницами перед новым правителем, вскидывая ему брови и улыбаясь губами, похожими на бутон росистой утренной розы, который вот вот раскроется.

Думаю, думаю и не могу уснуть до утра. Даже снотворные лекарства мне не помогают.

Оказывается, быть правителем не так легко, как я раньше это себе представлял. Я твердо убедился в том, что быть правителем - это все равно, что гореть в аду при жизни и варится заживо в адском котле с кипящей смолой. За что мне такая кара, Господи?! Разве это жизнь, Боже, подумай Сам! Ведь даже бездомная собака, и та счастливее меня в сто раз! Теперь вот, меня ждет еще одно невыносимое тяжелое испытание. Ну, за что, ты меня караешь, Боже?! Что я тебе сделал плохого?! - плакал Султан Санджар Саваш.

Он долго плакал. Потом вызвал своего премьер-министра вазира азама. Вазири азам пришел, не задерживаясь долго. Вернее, его привели навкери, в руках которых ноги вазира азама не коснулись даже землю. Он был в длинном восточном халате с белой чалмой на голове. У него не только длинная борода и волосы были белоснежными, но и брови тоже были такого же цвета.

- Вызывали, мой господин, султан всех султанов мира? - спросил вазири азам , не глядя в глаза Султана Санджара Саваш, и низко кланяясь.

- Да, вазири азам. Ты, это, скажи мне, неужели у нас нет другого выхода, чтобы решать возникшие проблемы? - спросил Султан Санджар Саваш, глядя своему министру с надеждой.

Вазири азам на миг умолк, погружаясь в раздумье. Потом сказал:

- Нет, мой султан, к сожалению у нас нет другого выхода, кроме как... ну, вы сами знаете... Если хотим, чтобы наша великая империя не рухнула, то мы просто вынуждены решить возникшую проблему таким жестоким способом. К сожалению, у нас нет другого пути. То есть это твердое решение принято улемаи кирамом на закрытом заседании. Что касается принца Мехмету, он намного уступает принцу Ахмеду в смысле мышления, ума и здоровья. О, мой султан всех султанов мира! Если бы вы знали, как мне трудно говорить вам обо всем этим, ой как трудно! Но я вынужден сказать вам об этом, так как я являюсь вашем главным советником. Мне жаль... - сказал вазири азам, печально склоняя голову.

-Будь ты проклят! Немедленно убирайся отсюда, негодяй! И чтобы ты больше не попадался мне на глаза! - истерично закричал Султан Санджар Саваш, и рука его потянулась к мечу, сделанный из исфаханской стали.

Вазири азам стоя на колени и низко опустив свою голову перед Султаном Санджаром Саваш, горько заплакал, тряся своей белоснежной бородой и костлявыми плечами.

- Рубите мою голову, о мой султан всех султанов мира! Рубите! Лучше умереть от вашего меча, чем видеть вас в таком положении! - плакал он, роняя слезы.

- Уведите его немедленно! - заорал Султан Санджар Саваш своей охране и тоже заплакал, отвернувшись в сторону и вытирая слезы.


Охрана увела вазира азама.

Ранним утром палач привел приговора в исполнение, отрубив голову спящему молодому принцу валиахду Мехмету острым мечом и стёр белой простынёй алую кровь с лезвия меча.

Перед тем похоронить принца Мехмета, привели супругу Султана Санджара Саваш, чтобы она смогла попрощаться со своим сыном, о смерти которого, она еще не знала. Увидев страшную картину, мать Мехмета упала в обморок.

Султан Санджар Саваш, обнимая своего убитого младшего сына Мехмета, рыдал, трясясь всем своим телом.

- Прости меня, сынок за то, что я принес тебе в жертву! Прости, у меня не было другого пути! Пришлось так поступить лишь ради того, чтобы не рушилась наша империя в ходе борьбы за трон между тобою и твоим братом в будущем. Мне пришлось так жестоко расплатиться за сохранение престола. Да прибудет твоя душа в зеленых садах вечного Рая, мой любимый сын Мехме-е-ет! - плакал он.




05/04/2014 год.
1:20 дня.
Канада.г.Бремптон.

 

x_15d42282 (604x453, 162Kb)

 

 

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

 


Казнь на электрическом стуле

(Рассказ)


 



Саидваккас лет двадцати пяти, среднего роста, с большими коровьими глазами, со сгорбленным носом и черными бровями и волосами, как нефть.Работает он электриком в местной электросети и безумно любит свою профессию.Он каждый день где - то что - то чинет, залезая на высокие столбы на когтях.Работает в защитном шлеме оранжевого цвета, чуть отклоняясь, держа в натяжку цепь вокруг столба и напевая себе под нос какую-нибудь веселую песню.Над столбой, где работает Саидваккас, проплывают огромные облака, словно гигантские дирижабли, а рядом на весенних стройных тополях запоют синицы, заливаясь трелью, типа: -Чка- ди-ди-ди-ди-ди -ди -ди!Самое лучшее и самое интересное для Саидваккаса то, что ему все видно с высоты, как на ладони, дома, дворы, деревья, улицы поселка городского типа, далекие проселочные дороги, луга и коровы, хлопковые поля и за полями высокие горные склоны и снежные вершины. Обычно люди почти не обращают на него внимания. Но, когда обрываются электрические провода в зимной метели или в буране и отключается свет, тут Саидваккас мгновенно превращается для жителей поселка городского типа самым важным, дорогим и близким сердцу человеком, как незаменимый вечный президент страны, как героической личность.О как обрадуются жители поселка городского типа, когда Саидваккас починет и устраняет неполадку!Стар и млад, даже дети во весь голос, закричат хором: -Урааааааааа!.Услышав такого первый раз, человек даже может подумать, что разгневанный народ восстал наконец против мерзкого тирана и кровавого диктатора чтобы совершить революцию.После того, как свет загорит, все, тут же забудят о Саидваккаса.А Саидваккас в свою очередь, относясь к этому с пониманием, не обижается на них.Часто, власти сами, чтобы как - то сэканомить электроэнергию, отключают свет и поселок городского типа погружается в кромешную тьму.Особенно зимой, когда взрываются старые электрокиоски, неделями, иногда и месяцами люди живут без электричества, топя допотопным способом свои лачуги и хижины кизяками, едя и читая в свете керосиновых ламп, в морозной тишине. В такие дни, когда дети делают уроки в свете зажженной свечи, разгневанный народ хором проклянет электриков и всех госслужащих, которые угнетают таким образом свой собственный народ, проголосовавший за них на выборах, доверяя им свою судьбу, когда они обещали о том, что не будут никакие проблемы с электричеством и газом, если народ проголосует за них. Такими мыслями Саидваккас работал на столбе, и тут зазвонил его мобильный телефон.
Саидваккас, вытащив свой мобильник, включил его. -Алло!Слушаю вас! - сказал он.
Человек, который позвонил, молчал.
-Алло!Кто вы?! Почему молчите? Говорите, я вас внимательно слушаю! Алло!.. - удивился Саидваккас.


Тут человек шуршащим голосом начал говорить:- Алло! Это электрик Саидваккас?! Ну здравствуй, чувак. Короче я тебя знаю а ты меня нет. Так вот, слушай меня внимательно и не перебивай, не спрашивай, кто я, откуда, если конечно дорога тебе жизнь!.. Короче, твоя жизнь висит на волоске над бездонной пропастью и у тебя ничтожно мало времени.Тебя сегодня хотят арестовать за то, что ты проболтал лишнего в чайхане, критикуя власти и политики нашего незаменимого, многоуважаемого президента, назвав его диктатором. Короче, тебе объявили в международный розыск.Так что беги, чувак и неоглядывайся. Все, я не могу больше говорить.Это опасно для моего организма.Ситуация крайно серьезное.После нашего разговора ты разбей свой мобильный вдребезги и старайся ни с кем не разговаривать по телефону. С уважением, твой тайный друг - сказал неизвестный.
- Да что вы говорите, я просто пошутил тогда, чтобы компанию было весело и не говорил о некоторых наших чиновниках в высшем эшалоне власти, которые воруют народные деньги и переправляют их через оффшор в зарубежные банки в виде золото и бриллиантов, в место того, чтобы улучшать газоснабжения в стране и обновить устаревшую систему электропередач. Я ни слово не говорил и о властях, которые продают углеводородов такие, как природный газ, нефть и другие полезные ископаемые почти за дарма другим странам.А наш бедный народ топит свою хижину, лачуги и железобетонные квартиры допотопным способом в суровую зиму.То есть углем, дровами или кизяком.Особенно зимой в отсутствие электричества и газа населения нашей страны страдает от холода.Особенно дети.Они делают уроки при свете керосиновой лампы в холодных домах, как в блокадном Ленинграде в сороковые годы ХХ века.Когда за деньги, сворованные некоторыми госчиновниками нашей независимой страны, запросто можно построить мощные сверхсовременные солнечных электростанций, не требующие колоссальных затрат,не загрязняющие экологическую среду ядерными отходами, обеспечивающие почти бесплатной электроэнергией сотни гигантских заводов и фабрик, где могли бы работать наши соотечественники, страдающие от тотальной безработицы.Они бы не разъехались по миру в поисках работы и не превратились бы в рабы. Если бы они имели нормальную работу на родине, то наше молодые согражданы не превратились бы в марадеры, в горячих точках планеты, где взрывают и разрушают красивые города, превращая их в руины, убивая друг друга и ни в чем неповинных людей, особенно беспомошных детей...
Алло! Алло, вы слышете меня - сказал Саидваккас.
Но из телефона доносились короткие гудки, похожие на гудки аппарата искусственной вентиляции легких больного, который умер. То есть связь оборвалась.
Саидваккас с испугом оглядывался вокруг и спешно спустился вниз, и пошел в сторону квартала, где он живет со своей мамой.По дороге и даже в лифте все люди начали ему казаться полицейскими в гражданской форме.Перед тем, как зайти в свою квартиру, он снова озирался вокруг и зайдя во внутр, закрыл за собой дверь на замок.
Увидев его бледное лицо и тревогу в глазах, его мама забеспокоилась. -Что с тобой, сынок? -спросила она.
-Все хорошо, мама.Только, знаешь... тут такое дело... ну, как тебе обяъяснить? Короче... -сказал он еле и услышав топот сапогов за дверью, от страха замер.
Потом, подойдя к двери на цыпочках смотрел в глазок и увидел стоящих там людей.Один из них Саидваккас сразу узнал.Им был участковый милиционер лейтенант Карбабаев, который начал стучать в дверь.
-Кто там, сынок?Открой дверь, посмотри, может гости к нам пожаловали - сказала мама Саидваккаса. Саидваккас вертикально поставив свой указательный палец в губы, шепотом сказал:
-Тсс, мама, там лейтенант Карбабаев со своим отрядом.Они хотят меня арестовать.Ты не волнуйся, мам, все будет хорошо.Я сейчас ухожу через окно и им скажи, что ты меня не видела.Береги себя, мама.Я тебя люблю -сказал Саидваккас, обнимая свою маму и прощаясь с ней.
От этих слов мама Саидваккаса чуть не упала в обморок. Саидваккас открыв окно, прыгнул на гулкую жестянную крышу соседнего дома и побежал, как каскадер, который исполняет опасные и сложные трюки, заменяя актера на съемочной площадке.За ним гонялись участковый милиционер лейтенант Карбабаев и двое гицуля, люди занимающихся отловом бродячих собак.Внизу столпился народ и начал наблюдать за происходящим, защишая свои глаза от солнечнего луча ладониями своих рук.Они думали, что в их родном квартале снимают остросюжетный захватывающий художественный фильм - боевик. Саидваккас долго и безоглядно бежал по жестяным крышам.Бежал и думал набегу о том, что в этом мире бегут все, как белка в клетке, которая крутит колесо.Бегут люди, бегут.Потому что за ними гонится безжалостная смерть с косой.А люди крутят и крутят свои колеса, большие и маленькие, золотые, железные, деревянные и глиняные, незаметно седея и старея при этом.Бегут у кого есть ноги за несметным богатством.Даже те, у кого парализованы ноги тоже бегут за мизерной пенцией, кто передвигаясь с помощью костылей, кто на инвалидном коляске с колесами от велосипеда. А Земля крутится, как таинственное колесо вселенной и как хорошо, что никто не в силах ее остановить.А синее небо больно похоже на песочные часы, где секунды, минуты,часы, дни недели, месяцы, годы и века льются сверху, как песчинки с рваного мешка небес в песочные часы вечности... Такими мыслями Саидваккас бежал дальше, прыгая с крыши на крышу, как летучая белка в лесу, как шумпанзе в джунглях.
-Гражданин Саидваккас!Стойте! Кому говорю?! Стой! Иначе я буду вынужден открыть огонь из своего табельного оружие на поражение! - крикнул лейтенант Карбабаев.
Саидваккас не слушался его.Наоборот стал бежать еще быстрее.Он проворно прыгал с крыши на крышу, как обезяна в джунглях, как белка-летяга с елки на елку и безоглядно бежал.
Лейтенант Карбабаев и двое гицеля - догхантеров тоже бежали с сачками в руках, ловко прыгая с крыши на крышу, не теряя из виду беглого электромантера Саидваккаса.Внизу за всем этим с восхищением следила толпа зеваков, как туристы у канадского водопада Неагара, над которым ходит по канату без всякого шеста рискованный канатаходец.Тут случилась беда и Саидваккас свалился в старую глубокую вентеляционную шахту хрущевских времен.Когда он с грохотом падал вниз, в темноте он услышал ругань.Кто то кашлял и чихал в копоте и пыли.На крыше, все еще топая сапогами ходили люди.
-Ё мое!Он исчез!Будто сквозь земли провалился!Во шайтан а!Странно, куда же он может пропасть?! Неужели упустили гада! -сказал лейтенант Карбабаев и дабавил: -Ну ничего, мы устроим засаду в его квартире и он от нас не убежит!
После этих его слов, топая по гулкой крыше отряд лейтенанта Карбабаева стал уходить.
Когда они ушли, в темной вентеляционной шахте кто - то зажег спичку и Саидваккас увидел перед собой человека, лет тридцати пяти-сорока. Он зажег свечу. Саидваккас сразу просил прощение у хозяина за то, что испугал беднего, принужденно прыгая в его жилье.
-Ничего, бывает - сказал человек и продолжал.
- Я одинокий поэт Дахобебахо - обяснил он.
-Я рад познакомиться с вами господин поэт Дахобебахо. Зовут мея Саидваккас. Образование у меня средно -специальное. До этого я работал простым монтером.
-Ну, тогда мы с вами почти коллеги.Так как вы электрики освещаете людям дома и дороги, а мы поэты освещаем душу людей как задумчивые усталые фонары в тихом предрассветном часу -сказал поэт Дахобебахо.
Потом прочел свое новое стихотворение. Слушая стихи Дахобебахо, Саидваккас глубоко вздохнул.
-Ндаааа, такой великий поэт живет в неосвещенной вентеляционной шахте!Какая несправедливость, Господи! Как вы вообще живете в такой яме, покрытой паутинами? Такие поэты, как вы должны жить в особняках, в окно которые по ночам с украдкой заглядывает любопытная луна. Где, за окном звенят белоствольные тополя на ветру, а осенью задумчивые клены роняют свои листья в тишине, как слезы.В зимных сумерках поэты должны сидеть молча у окна, специально выключив свет и глядя часами на снежнюю метель, слушая вой вюги -сказал он.
-Нет, господин Саидваккас, наоборот я рад, что живу в вентеляционной шахте.Это гораздо лучше, чем жить в роскошных особняках.Тут царит тишина и покой. Здесь никто мне не мешает.Я никуда не бегу, не спешу и не опоздываю.Занимаюсь тем, что мне по душе -сказал Дахобебахо.
Саидваккас умолк на миг, глядя на руки поэта Дахобебахо, покрытые татуировками. Потом спросил:
-Прошу прощения, господин поэт, видно, что вы долгие годы сидели в тюрьме. А за что?
-Нет, господин Саидваккас, я не сидел в тюрьме -ответил поэт Дахобебахо.
-А почему тогда ваши руки покрыты татуировками? - удивился Саидваккас.
-Ааа -сказал Дахобебахо. Потом стал объяснить: -У меня не только руки, почти все мое тело покрыто татуировками, где написан мелким шрифтом текст моих стихов, которые можно прочитать только с помощью лупы.Я написал их на свое тело с помощью чернилы и иголки, чтобы стихи мои не потерялись.Одним словом я живая рукопись своих стихов.Ходячая библиотека, если конечно можно так выразиться. Вот таким образом я сэканомлю средства, чтобы купить себе новые ботинки, но это мне пока не удается.Хожу, как видите, вот в этих старых голошах, намотав на свои ноги портянки.Бумагу купить не на что.Она для меня точно так же, как золото для богатых.Я ползуюсь бумагой редко -сказал он.
Потом продолжал: -Господин Саидваккас, я рад вашему приходу.Хотя вы пришли в мое убогое жилье без предупреждения, но вы всеравно являетесь для меня Богом посланным гостем и я по обычаю должен вас чем - то угостить, правильно? -сказал поэт Дахобебахо.
-Ну что же, я готов принять угощения, господин поэт.Знаю, что вы меня хотите угостить увесистым кулаком по морде за то, что я беспокоил вас своим дурацким визитом -заулыбался Саидваккас.
-Да нет, что вы, дорогой гость.Действительно у меня есть для вас угощения.Где то здесь должен быть кусочек засохшего хлеба.Я его не сьел, даже тогда, когда грозила голодная смерть.Я сберег его для случайных гостей такие, как вы. Где же он... Такими словами поэт Дахобебахо начал судорожно шарить в своей старой и рваной сумке, сделанной из дермантина.
-Не надо, не беспокойтесь, господин поэт.Я сыт -сказал Саидваккас.
-Да? -сказал поэт Дахобебахо, грустно вздыхая.Потом сильно заобрадовался, пощупая свой рваный пиджак и вытаскивая из внутренного кармана кисет.
-Вот, у меня есть отменная махорка, изготовленная мною из опавших багровых листьев осеннего клена, который печально роняет свои пожелтевшие листья в безлюдных осенних парках и аллеях в туманной тишине. То есть я угощу вас священным дымом -сказал он, спешно развязывая тесемку кисета с трясущими от волнении руками.
-Господин поэт Дахобебахо, не надо.Я не курящий, не пьющий.То есть веду здоровый образ жизни.Занимаюсь спортом -сказал Саидваккас.
-Вы не бойтесь, господин Саидваккас.Этот табак целебный - объяснил поэт Дахобебахо , набивая махоркой свою трубку с длинным и тонким мундштуком, сделанный специально из камыша.Потом, зажигая трубку, сделал несколько затяжек и передал ее Саидваккасу.
Саидваккас взял трубку и тоже сделал затяжку.Тут едкий дым попал в его легкие и он начал сильно кашлять, высовывая свой язык, как больной и старый овец, задыхаясь.А поэт Дахобебахо стал хохотать.Он, еле задавив свой смех, сказал: -Вы кашляете, как перепелка, которая поет в предрассветной мгле в клеверном поле, простудив свое горло холодной росой, когда она ее пьет.
- Ндаа, горьковато однако у вас махорка, сделанная из опавших кленовых листьев, которые вы собирали в осеннем парке - улыбался Саидваккас -нимножко придя в себя.
Дахобебахо спросил у него о том, почему лейтенант Карбабаев со своей группой захвата преследует его. Саидваккас подробно рассказал причину преследование и поэт Дахобебахо задумался.Потом, закуривая трубку набитую целебной махоркой, сделанная из опавших багровых листьев осеннего клена, начал говорить.
-Да, господин Саидваккас, таких, как вы - большая редкость не только в нашем обществе, но и на планете.Не каждому дано, смело сказать правду о тяжелой жизни народа, рискуя своей собственной жизнью.Я вам завидую по белому в этом плане, честное слово.А я живу здесь, скрываясь от глупой толпы, как орел который гнездится на высокой гранитной скале. Посколько у этого жилья отсутствуют окна, я каждый день поднимаюсь на крышу через компактной складной лесницы, чтобы встречать зарю и заката, сидя на жестяной крыше и писать новые стихи.По ночам любуюсь звездным небом и сияющей луной в тишине.Особенно люблю глядеть на заре с крыши вниз, наблюдая за движением толпы, спешащая на работу или еще куда нибудь.Поток толпы движется по тротуару, как караван муравьев и направляется в сторону метро.Спешащие люди напоминают мне послушных песчинок, которыми ветры управляют легко и направляют их туда, куда хотят...
Тут неожиданно кто - то начал кричать на верху: -Ах, гад, он оказывается здесь, в вентеляционной трубе!Разговаривает со своим сообщником!Скорее сюда, товарищ Карбабаев! -кричал он. И снова послышался топот кирзовых сапогов на гулкой жестяной крыше.
Саидваккас и поэт Дахобебахо с ужасом уставились вверх, как узники в глубоком зиндане древной Бухары. Они страшно испугались, увидев разгневанного участкового милиционера лейтенанта Карбабаева, который глядел в вентеляционную шахту, как в колодец, с табельным оружием в руках.
-Нука, руки вверх, сволочи!От нас еще никто не убежал!Теперь тебе конец, Саидваккас! И твоему сообщнику тоже!.. Эй, вы принесите быстро веревку.Пусть они поднимутся добровольно, если конечно им еще хочется жить на этом свете! -крикнул он, слегка приподнимая козырка своей фуражки с помощью ствола пистолета с глушителем. Услышав такое у Саидваккаса екнуло сердце.Он стоял с поднятыми руками, словно воин попавшый в плен на братоубийственной войне.Поэт Дахобебахо тоже.
-Постойте, господин лейтенант Карбабаев!У меня есть дротики с транквилизатором! -сказал, только что прибежавший санитар, который занимается отловом бездомных собак, и вытаскивая из-за пазухи духовую трубку начал метать из нее дротики по Саидваккасу и по его другу.Но никак не мог попасть.Тогда у лейтенанта Карбабаева лопнуло терпения и резко оттолкнул его.
-Эх, ты, догхантер несчастный!Кто так стреляет!Отойди, придурок! Обойдусь без твоих медвежьих услуг, без веревки! У меня есть дымовая шашка, которая заставит их подняться наверх! -сказал он и зажигая дымовую шашку, бросил в вителляционную трубу, напоминающую яму старого засохшего колодца. В это время от толчка лейтенанта Карбабаева догхантер покатился по жестяной крыше и еле остановился на краю крыши.
-Не бойтесь, господин Саидваккас.Без паники.В вентиляционной трубе есть черный ход-сказал шепотом и кашляя в дыму поэт Дахобебахо.После чего, вытащив старый матрас, они открыли проем и нырнули туда. Саидваккас с поэтом Дахобебахо выбрались из проема и бежали, не оглядываясь назад по тротуару, сбивая прохожих, чтобы успеть скрыться.
Лейтенант Карбабаев и его дружки -гицеля догхантеры все еще находились над вентеляционной трубой, надеясь поймать двоих беглецов которые вот вот выскочут из ямы вентеляционной трубы, наполненной едким дымом.А беглецы - единомышленники бежали по тротуару изо всех сил, обгоняя друг друга, как участники спортивной олимпиады на беговой дорожке.Когда они начали перебежать улицу, как бы изменяя направления на бегу, Саидваккас чуть не попал под грузовик.Шофер грузовика, резко крутанул баранку вправо и в панике нажал на тормоза.В результате грузовик резко выехал на обочину и с грохотом врезался в столб. От мошного удара деревянный столб сломался, как мачта старинного корабля пиратов в штормовом море.Раздались истошные крики женщин, похожие на свист, ругань и вопли сигнализации.К счастью, все обошлось без человеческих жертв.Друзья бежали до тех пор, пока не начинали задыхаться.Тут в голову Саидваккаса пришла уникальная идея и он силой отобрал у одного человека велосипед с рулем мотоцикла байкеров.
-Господин поэт Дахобебахо! Прыгайте быстро на задный багажник агрегата шайтана! - крикнул он. Поэт Дахобебахо прыгнул на багажник угнанного велосипеда с удобным, длинным рулем.Он ловко сел на шайтан арбу, как садятся проворные индейцы на лошадь и они вдвоем умчались по тротуару, крича: -От винта, уважаемые граждане!У этого агрегата шайтана не работают тормоза! Прохожие прислонялись к стенам домов и витринам ресторанов и кафе, освобождая им тротуар.Тут случилось беда.То есть брючина Саидваккаса попала в цепь и беглецы, теряя равновесие упали на тротуар.Чтобы избавиться от двуколесного капкана, от агрегата шайтана, Саидваккасу пришлось попращаться с брючиной своих брюков.После этого они снова начали бежать по многолюдному тротуару.
Тут послышались крики: -Товарищ Карбабаев!Вот они!Стреляйте!А то снова упустим их! -кричал шофер пикапа, плотно подъезжая к многолюдному тротуару.
- Нет, здесь многолюдно!Я могу промахнуться и пристрелить ни в чем не повинных прохожих!Ты, это, догхантер, давай, стреляй ядовитыми дротиками по беглецам из своей дурацкой духовой трубки! -крикнул лейтенант Карбабаев.
-Хорошо, товарищ Карбабаев! -сказал догхантер и вынув из за пазухи своего синего халата духовую трубку, похожую на дудку, начал метать дротиками, прицеливаясь в шеи беглецов.Но он промахнулся и тут же упали несколько прохожих, схватившись за свои шеи руками.
-Дурак!Поаккуратнее, догхантер вонючий! -упрекнул охотника бродячих собак лейтенант Карбабаев, слегка приподнимая козырка своей фуражки с помощью ствола табельного оружие.К этому времени беглецы резко изменяя свои направления, нырнули в узкую переулку, куда не пролезет автомобиль. После этого отряд лейтенанта Карбабаева начали преследовать беглецов пешком.Преследуемые бежали в сторону железнодорожного вокзала.
Тут крича от невыносимой боли электрик Саидваккас начал хромать, схватившись за ногу.Оказывается он наступил на заржавевший гвоздь, который пронзил его ногу насквозь.Он больше не мог ходить и обессиленно свалился на землю, как мешок с удобрением. Поэту Дахобебахо пришлось вернуться обратно, чтобы помочь своему верному другу в трудные минуты.
-Что, случилось? -спросил он, прибегая и тяжело дыша.
-Всс ааахх!..Гвоздь пронзил мою ногу насквозь! - сказал Саидваккас. Лицо его исказила гримаса боли. -Ничего, потерпите, господин электрик Саидваккас.Поднимайтесь. Давайте я вам помогу. Нам обеим опасно здесь оставаться.За нами гонится карательный отряд злого лейтенанта Карбабаева, слышите? -сказал поэт Дахобебахо, стараясь помочь поднятся своему беглому другу.
-Нет, не надо мне помагать.Я как нибудь уж сам... А вы бегите, я вас прикрою.Пока я их задержу, вы успеете скрыться, сливаясь толпой в вокзальной толкучке.Я уверен в этом.Прощайте, мой друг поэт Дахобебахо! Вы не имеете право не спасаться, бегите ради Бога, ради нашей многострадальной литературы, ради нашего угнетенного народа! -сказал Саидваккас, охая от невыносимой боли. После этого Дахобебахо не оставалось ничего, кроме, как бежать дальше.
-Прощайте, господин Саидваккас! Спасибо, что помогаете мне, оставаясь сами в беде и жертвуя собой ради нашей дружбы! - крикнул поэт Дахобебахо. В его глазах заблестели слезы.Прощаясь своим другом, он побежал дальше.Когда он исчез из виду, появился отряд лейтенанта Карбабаева и поймали беглого электрика. Лейтенант Карбабаев сидя на спине Саидваккаса, с ловковстью надел наручники на его руки.
-Ну, попался электрик поршивый, злой враг нашего многострадального народа?! Ничего, поймаем и твоего дружка чокнутого богатого поэта, живущего в роскошной винтеляционной шахте!
-Т... ты чего, начальник, больно же! Ты не дави на мою ногу, которую насквозь пронзил ржавый гвоздь! - сказал Саидваккас, валяясь на земле. После этого его увезли в подвал следственного изолятора для допроса.
Следствие длилось долго.
Уголовное дело состояло из нескольких томов.
Наконец состоялся суд и присяжные вынесли обвинительный вердикт.После всего этого прокурор просил суд приговорить Саидваккаса к высшей мере наказания, то есть к смертной казни.
- Суд посоветовавшись на месте, решил! Посколько наш осужденный Саидваккас работал на воле электромонтером, он будет казнен на электрическом стуле!- сказал судья.
Потом приказал: -Встаньте, осужденный!
Саидваккас встал.
- Вам понятен приговор?! -спросил судья.
Саидваккас ответил: -Да, ваша честь!
-Садитесь! - приказал судя.
Саидваккас присел на скамю подсудимых.
- На этом судебное заседание объявляется закрытым! - сказал судья, стуча деревянным молотком.
Саидваккас никогда не думал, что он когда - нибудь совершит столь гнусное преступление и будет казнен на электрическом стуле.О, как плакала его мама в суде, как плакала!Самое страшное случилось перед казнью.Когда послышался лай злой собаки и зазвенев ключи гремели железные двери, Саидваккас с ужасом думал, что идут по плохо совещенному коридору безжалостные палачи, чтобы увести его в комнату для исполнение казни.Но не тутто было.Пришел адвокат с муллой. Безбородый молодой мулла с черной бархатной тюбитейкой на голове стоял со свяшенной книгой в руках.
-Электромонтер Саидваккас, так как ты сегодня отправишься на тот свет, я пришел зачитать твою джаназу по шариатскому закону - сказал безбородый мулла в бархатной тюбитейке черного цвета.
Саидваккас молчал, глядя на муллу равнодушным взглядом, как сумасшедшый. -Я тоже пришел простится с вами, уважаемый мой подзащитный Саидваккас.Прощу прощения за то, что я не смог вас защитить от смертного приговора -сказал адвокат и горько зарыдал.
После этого пришли двое, которые принесли ему еду.
-Это твой последный обед, приговоренный к смертной казни.Отменный плов, сваренный на курдюк овца гисарской породы.Ешь.Если хочешь выпить водку или вино на последок, скажи, не стесняйся -сказал один из них и откупорил бутылку отменного вина "Ценандали", грузинского производство, аккуратно вытащив пробку с помошью штопора.
-Нет, спасибо.Я не хочу есть.Пить тоже -сказал Саидваккас.
-Ну, что же.Раз ты не хочешь пить, то мы сами выпьем целебное грузинское вино за твое здоровье, то есть на помин твоей души -сказал другой и они выпили молча, чокаясь стаканами, вкусно поели.Потом увели Саидваккаса, волоча по узкому, плохо совещенному коридору.Перед тем, посадить его на электрический стуль, парикмахер побрил его волосы бритвой в верхной части его головы, намочил мокрой тряпкой башку, чтобы его череп эффективно пропускал электрического тока высокого напряжения.Саидваккас заплакал.
-Ты чего плачешь, приговоренный к смертной казни? - спросил палач.
-Да, вот, видети ли, когда парикмахер брил мою голову, мне казалось, что он гладит мне по башке, как моя мама в далеком детстве -ответил он.
Угрюмые палачи молчали.Они крепко привязали руки и ноги приговоренного к смертной казни прочными ремнями, завязали его глаза темной повязкой, чтобы они не выскочили из своих орбит во время казни. После того, как прочитали приговор, Саидваккас с кляпом во рту думал о том, что вот вот главный палач кивнет своему помощнику и тот дёрнет рубильник и страшно задребезжут электрические разряды, издавая звуки "Дзержинский!", вспыхнув словно молня в грозовом небе, метая искры в разные стороны и ему конец.
Наконец настал долгожданный момент исполнение казни и помощник главного палача торжественно дёрнул ричаг.
Присутствующие в зале закрыли свои лица, кто руками, кто журналами, кто еще чем - то, чтобы не видеть страшную картину.
Но как раз в это время отключилось электричество во всем округе, спасая тем самым Саидваккаса от явной смерти...
Саидваккас проснулся в холодном поту и увидел свою маму, которая стояла с горящей свечой в руках.
-О, мама, почему ты держишь горящую свечу? - спросил он с испугом, подумав, что он в самом деле умер после казни и уже находится в темном мире.
-Что с тобой, мой ягненок, заболел что ли? А что делать, если власти каждый день отключают свет, под предлогом сэканомить электроэнергию? Только включила телевизор, чтобы смотреть сериалы и на тебе, снова отключили свет - сказала мама электромонтера Саидваккаса.
-О, слава Богу, мама, слава Богу, что все это происходило не на яву! -сказал Саидваккас, обнимая свою маму.
-О чем ты, сынок, страшный сон приснился что ли тебе? - спросила мама Саидваккаса.
-Да, мама, во сне меня казнили на электрическом стуле!Хорошо, что во время казни отключился свет! О, как хорошо жить без электричество!Глянь, мама, как заглядывает луна в наше открытое окно!Как мерцают далекие несметные звезды! Ты слышешь, хор лягушек похожий на шепот?Как они квакают! Кувак! Кувак! Кувак - как - как - как -как -кувак! А как самозабвенно поют сверчки! - сказал Саидваккас, глядя в открытое окно, на котором нежно трепетали прозрачные занавески, вздуваясь на ветру, словно паруса старинного фрегата.
- Да, сынок, слышу. Лягушки бывают горбатыми, пучеглазыми, отвратительными, ну не превлекательными, одним словом.А как они поют под ярко сияющей луной, в тишине! -сказала с восторгом мама Саидваккаса.
Мать и сын задумались, молча глаядя через открытое окно на луну и на далекие синие звезды.




02/05/2018.
9:46 ночи.
Канада, Онтерио.

 



x_15d42282 (604x453, 162Kb)

 

 



Holder Volcano

Member of the Uzbek Union of Writers

The execution in the electric chair


(The story)




Saidvakkas is about twenty-five years old, of medium height, with large cow eyes, a hunched nose, and black eyebrows and hair like oil. He works as an electrician in the local power grid and is madly in love with his profession. He's over there every day - then he fixes it by climbing high poles on his electrician's claws. He works in an orange protective helmet, leaning slightly away, holding the chain around the post in a stretch, and humming a cheerful song to himself. Over the post where Saidvakkas works,  huge clouds float like giant airships, and nearby on the spring slender poplars, chickadee sing, singing a trill, like: -Chicka- dee-dee-dee-dee-dee-dee! The best and most interesting  thing  for Saidvakkas is that he can see everything from a height, as in the palm of his hand, houses, courtyards, trees, streets of an urban-type settlement, distant country roads, pathways, meadows and cows, cotton fields and behind the fields high mountain slopes and snow peaks. Usually people hardly pay attention to it. But when the electric wires are cut off in a winter snowstorm or a Blizzard and the lights are turned off, Saidvakkas instantly becomes the most important, dear and close to the heart of the towns people, as an irreplaceable eternal President of the country, as a heroic person. Oh, how happy the residents of the urban-type settlement will be when Saidvakkas fixes and fixes the problem! Old and young, even children at the top of their voices, will shout in chorus: - Hurraaay!. Hearing this for the first time, a person may even think, that angry people finally rose up against a vile tyrant and a bloody dictator to make a revolution. After the light turns on, everyone will immediately forget about Saidvakkas, and he in turn, treating this with understanding,  not offended by them. Often, the electricity is cut off, the lights are turned off and the urban-type settlement is plunged into pitch darkness. Especially in winter, when old electric kiosks explode, people live without electricity for weeks, sometimes even months, drowning their shacks and huts with dung in an antediluvian way, eating and reading in the light of kerosene lamps,  in frosty silence. On days like this, when children are doing their homework by candlelight, the angry people will sing a chorus of curses at the electricians and all civil servants who are thus oppressing  their own people who voted for them in the election, trusting them with their fate, when they promised that there would be no problems with electricity and gas if the people voted for them.

Such thoughts Sadvakkas worked on the pole, and then rang his mobile phone.


Saidvakkas pulled out his cell phone, turned it on.

-Hello! Go ahead speak, I hear you! - said Saidvakkas .

Then the man began to speak in a rustling voice: - Hello! Is this electrician Saidvakkas?! Well Hello there, man. In short I know you but you don't know me. Well, Listen to me carefully and do not interrupt, do not ask who I am, where I come from, if of course you value your life!.. Your life hangs on a tightrope over a bottomless pit and you have very little time. They want to arrest you today.The authorities have put you on an international wanted list. So run and don't look back. That's it, I can't talk anymore. It's dangerous for me. The situation is extremely serious. After our conversation, you must break your mobile phone with a rock and try not to talk to anyone on the phone. sincerely, your secret friend -said an anonymous.

The person who called was silent.

- Hello!Who are you? Why are you silent? Speak up, I'm listening carefully! Hello!.. - said surprised Saidvakkas.

- What are you talking about, I was just joking that the company had fun and talked about some of our officials in the highest Government of the authorities, who steal people's money and send them to foreign banks through zones, in the form of gold and diamonds in place in order to improve gas supply in the country and to upgrade the ageing transmission system. I did not say a word about the authorities that sell natural gas, oil and other minerals almost for free to other countries. And our poor people are drowning their huts, shacks and concrete apartments the antediluvian way in the harsh winter.That is, coal, wood or dung. Especially in winter, in the absence of electricity and gas, the population of our country suffers from the cold. Especially children. They do their homework at the light of a kerosene lamp in cold a house in the siege of Leningrad in the forties of the 20th century. When for the money stolen by some state officials of our independent country, you can easily build powerful ultra-modern power plants, hundreds of giant plants and factories, where our patrons are suffering from total unemployment even though they could work. They wouldn't travel the world looking for work and becoming slaves. If they had a normal job at home, our young fellow citizens would not have turned into marauders, in the hot spots of the planet, where they blow up and destroy beautiful cities, turning them into ruins, killing each other and innocent people, especially the homeless children....

 


-Hello! Hello, can you hear me?! - said Saidvakkas . But he heard short beeps from the phone , similar to the beeps of the ventilator of the lungs of a patient, who died. That is, the connection was broken.

 


Saidvakkas frightend, looked around and quickly went downstairs and went to the side of the block where he lives with his mother. On the way, all the people began to look for undercover policemen in civilian clothing. Before he went to his apartment, he again looked around and going inside, closed the door of his apartment. Seeing his pale face and anxious eyes, his mother became concerned.

 


-What's wrong, son? - she asked.

 


- It's okay.Only, you know... there is such a thing... well, how do you explain it? More shortly... he said barely hearing the thud of boots outside the door, the fear stopped. Then, approaching the door on tiptoe, he looked through the peephole and saw the people standing there. Saidvakkas immediately recognized one of them . It was the local policeman Lieutenant Carbabaev, who began to knock at the door.

 


-Who's there? Open the door - said Saidvakkas's mom.

 


Saidvakkas putting his index finger on his mouth and said in a whisper: - Shh, Mom, there is the Lieutenant Carbabaev with his squad. They want to arrest me. Don't worry, mom, it's gonna be okay. I'm going out the window right now and tell them you didn't see me. Take care of yourself, mom. I love you - said Saidvakkas, hugging his mom and saying goodbye to her. From these words Saidvakkas's mother almost fainted.

 


Saidvakkas opening the window, jumped on the booming tin of the roof of a nearby house and ran as a stuntman who performs dangerous and difficult stunts, replacing the actor on the set. After him, said the local policeman Lieutenant Carbabaev, people engaged in catching stray dogs. Downstairs they gathered the people and began to observe what is happening, they sheilded their eyes from the Sun rays . They thought that in their hometown was a shoot action-Packed exciting feature film. Saidvakkas recklessly ran across the tin roofs. He ran and thought that in this world he ran everything as a hampster in a cage which is turning a wheel. People run because they are chased by the merciless grim Reaper. And people twist their wheels, big and small, gold, iron, wood and clay, quietly turning gray and aging at the same time. Who's got the legs for untold wealth. Even those who have paralyzed legs, too, running for their pension, that move with the help of crutches, who is in a wheelchair with the wheels of a bike. And the Earth, Is spinning like a mysterious wheel of the universe so great that no one can stop it. And the blue sky was too similar to an hourglass, where seconds, minutes, hours, days, weeks, months, years, and centuries are flowing from above like the Sands of the torn bag like heaven in the hourglass of eternity... Such thoughts Saidvakkas ran on, leaping from roof to roof, like a flying squirrel in the forest as suspense in a jungle.

 


- Saidvakkas ! Wait! Stop! Otherwise I will be forced to open fire with my service weapon! - shouted the Lieutenant Carbabaev.

 


Saidvakkas did not obey him. On the contrary he started to run even faster. He jumped from roof to roof like a monkey in the jungle, like a flying squirrel from tree to tree and ran recklessly. Lieutenant Carbabaev and the hunters of street dogs ran with nets in their hand, deftly leaping from rooftop to rooftop, never losing sight of Carbabaev. At the bottom of all this with admiration he watched the crowd of onlookers, as tourists at the Canadian Niagara falls . Then disaster struck and Saidvakkas fell into a old deep ventilation shaft . As he fell crashing down, he heard shouting in the dark. Someone coughed and sneezed in the soot and dust. On the roof all the people still stomping their boots .

-Oh, my! He's gone! As if the landing failed! Oh Satan!, where has he gone?! I really missed the bastard. - said the Lieutenant Carbabaev and said: Well, we'll do a stakeout on his apartment and he won't escape us! After these words, stamping the echoing roof detachment Lieutenant Carbabaev began to leave. When they left, in a dark ventilation shaft, someone lit a match and Saidvakkas saw a man of about thirty-five or forty. He lit a candle. Saidvakkas immediately asked for forgiveness from the owner for jumping into the housing.

 


- Dont worry about it, its okay- said man and continued.

 


- I am a lone writer and poet my name is Dahabebaho - he explained.

 


- I'm glad to meet you Mr. poet Dahobebaho. Call me Saidvakkas. I have a special secondary education. Before that, I worked as a electrician.

- Well, then we're almost colleagues. As you electricians are covering people's houses and roads and we poets illuminated the human soul like a weary street lights in the quiet dawn - said the poet Dahobebaho . Then he read his new poem.

Listening to the verses of Dahobebaho, Saidvakkas took a deep breath.

 


- Oh, such a great poet lives in an unlit ventilation shaft! What an injustice, my Lord! How do you even live in a hole like this covered in cobwebs? Such poets as you have to live in mansions, where the moon peaks through the window . Where, outside the window are rings of white-trunked poplars in the wind, and the fall of the maples drop their leaves in silence as tears. In the winter twilight poets have to sit silently next to a large window, especially turning off the lights and gaze for hours on snowy snowstorm, listening to the howling of wolves - he said.

 


-No, Mr. Saidvakkas , on the contrary I am glad that I live in the ventilation shaft. It's much better than living in luxurious mansions. Here reigns peace and quiet. No one's bothering me here. I'm not running, I'm not in a hurry, I'm not late. Im doing what I like - said the great poet Dahobebaho.

 


Saidvakkas paused for a moment, looking at the hands of the poet covered with tattoos. Then asked:

 


- I apologize, Mr. poet, it is clear that you have been in prison for many years. What for?

 


-No, Mr. Saidvakkas , I wasn't in prison -said the poet Dahobebaho.

 


- Then why are your hands covered with tattoos? - said Saidvakkas .

 


-Aaa - said Dahobebaho. Then went on to explain:

 


-I have not only my hands, almost all my body is covered with tattoos, where the text of my poems is written in small print, which can be read only with a magnifying glass. I wrote them on my body with ink and a needle so my poems wouldn't get lost. In short, I live the manuscript of poems. That's the way I will save money to buy new shoes, but I still can not. I walk, as you can see, in these old footsteps, wrapped in my footcloths. It's like gold for the rich to me. I rarely would like to share with paper he said - then he continued,

 


-Mr. Saidvakkas , I'm glad you came. Although you came into my miserable home without warning, but God sent you to me as a guest, you should be able to treat the poet more than that - said Dahobebaho.

 


- Well, I'm ready to take treats, Mr. poet. I know you want to punch me in the face for the fact that I bothered you with my stupid visit - smiled Saidvakkas .

 


- No, really I dont want to punch you in the face, you truly are an expensive guest. I do have some treats for you. There's got to be a piece of dried bread around here somewhere .I didn't eat it, even when I was facing starvation. I saved it for random guests. Where is it?.. With these words, the poet Dahabebaho began frantically fumbling in his old and tattered bag, made of fox leather.

 


- Don't worry, Mr. poet I'm full- said Saidvakkas .

 


-Yeah? - said Dahobebaho, and made a sad sigh. Then he got very excited, feeling his torn jacket and pulling out the inner pocket of the pouch.

 


- Here, I have an excellent shag, made by me from the fallen crimson leaves of autumn maple, which sadly drops in deserted autumn parks and alleys in the misty silence. That is, I will treat you with sacred smoke -he said, hastily unleashing a ribbon from his pouch with his hands shaking with excitement.

 


-Mr. poet Dahobebaho, don't. I'm not Smoking or drinking.That is, I lead a healthy lifestyle. with sports - said Saidvakkas .

 


-Don't be afraid, Mr. Saidvakkas. The tobacco heals - explained the poet Dahobebaho , stuffing his pipe with tobacco,on the thin mouthpiece, specially made of reeds. Then, lighting his pipe, took a few puffs and handed it to Saidvakkas.

 


Saidvakkas picked up the pipe and also made a puff. Then the toxic smoke entered his lungs and he began coughing heavily, sticking out his tongue like a sick old sheep, gasping for breath. Dahabebaho began to laugh. He barely was able to breathe due to him constantly laughing and said: -You cough as quail, who sings in the predawn darkness of the clover field. The quail was also coughing, the quail's throat was frozen when it drank the cold dew.

 


- Hmmm,the tabacco that you made with fallen maple leaves which you picked up from the foggy autumn park - said Saidvakkas smiling - just recovering.

 


Dahabebaho asked him about why Lieutenant Carbabaev and his team following him.

 


Saidvakkas told in detail the reason for the prosecution to Dahabebaho. Then, lighting a pipe he stuffed it with healing tabacco, made of fallen crimson leaves of the autumn maple, he began to speak.

 


-Yes, Mr Saidvakkas like you - a rarity not only in our society but on the planet.Not everyone is given the courage to tell the truth about the hard life of people, risking their own lives. I envy you in white in this regard, honestly.And I live here, hiding from the stupid crowd like an eagle nesting on a high rock. Since this property has no Windows, every day I go up to the roof through a compact folding staircase to meet the dawn and sunset, sitting on a tin roof and write new poems. At night I admire the starry sky and the shining moon in silence. I especially love to look at the dawn from the roof down, watching the movement of the crowd, hurrying to work or somewhere else.The flow of crowds moving along the sidewalk as the caravan of ants and headed toward the subway. Hurrying the people obedient to remind me of grains of sand, which the winds easily control and direct them wherever it wants...

 


Then suddenly someone began to shout at the top:

 


-Oh, crap, he is here, in the ventilation pipe. Talking to his accomplice!Hurry up, comrade Carbabaev! - he shouted.

 


And again there came the sound of tarpaulin boots echoing on the tin roof. Saidvakkas and the poet Dahabebaho with horror, stared upward, as prisoners in the deepest dungeon of the ancient Bukhara.

 


They are terribly scared seeing the angry policeman Lieutenant Carbabaev, which looked at the ventilation shaft, as in the well with a service weapon in hand.

 


-Come on, hands up, bastards! No one can escape from us! Now Saidvakkas, and your accomplice too!.. Hey, you bring the rope quickly. Let them rise voluntarily, unless of course they still want to live in this world! -he shouted, raising his cap slightly with the barrel of a silenced pistol.

 


Hearing this Carbabaev's heart sank. He and the poet Dahabebaho stood with their hands raised as a warrior captured in war.

 


-Wait, Lieutenant Carbabaev! I've got tranquilizer Darts! He just ran to the dog hunter, who is engaged in catching of stray dogs, and pulling a brass tube from his pocket began to throw his Darts at Saidvakkas and his friend.But he couldn't get in.Then the Lieutenant Carbabaev lost patience and abruptly pushed him away.

 


-Oh, you poor dog hunter! Who shoots like that! Move, stupid! I'll do without your poor services, without the rope! I've got a smoke bomb that'll make them go upstairs! - he said, lighting a smoke bomb, and threw it into the windpipe, which resembled an old dried-up well.

 


At this time, the Lieutenant Carbabaev pushed the dog hunter who rolled on the tin roof and barely stopped at the edge.

 


-Don't be afraid, Mr. Saidvakkas , without panic. There is a back door in the air duct - the poet Dahobebaho said in a whisper coughing the smoke. After that, pulling out the old mattress, they opened the doorway and dived there.

 


Saidvakkas with the poet Dahabebaho out of the doorway and ran, not looking back on the sidewalk, knocking passers-by, in order to get away. Lieutenant Carbabaev and his partner the dog hunter. They were still above the ventilation pipe, hoping to catch the two fugitives, that is from the pit of the ventilation pipe, filled with a caustic smoke. And runaways-adherents ran on the sidewalk with all their might, overtaking each other as participants of the Olympic games on a treadmill. When they started to cross the street, as if changing direction on the run, Saidvakkas almost got hit by a truck.The driver of the truck, sharply twisted the steering wheel to the right and in a panic pressed the brakes. As a result the truck sharply left on a roadside and with a roar crashed into a column. From a powerful blow a wooden pole broke like a mast of an ancient pirate ship in the stormy sea.There were heart-rending cries of women, like whistling, swearing and screaming, like an alarm. Fortunately, there were no casualties. The friends fled until, they began to suffocate. Saidvakkas suddenly got a unique idea and he forced one man's bike with biker handlebars.

 


-Mr. poet Dahabebaho! Jump quickly to the back of the 2 wheeled wagon of Satan! - he shouted.

 


The poet Dahabebaho jumped on the back of a stolen bike .He deftly sat on Satan's wagon, go prompt the Indians on the horse and together they raced down the sidewalk, screaming: -everyone this satans's wagon does not have working brakes!

Passers-by leaned against the walls of houses and showcases of restaurants and cafes, freeing them from the sidewalk.There was trouble. That is Carbabaev's pant leg caught in the chain and the fugitives, losing balance fell to the pavement. To get rid of the two-wheeled trap, from satan's wagon, Saidvakkas had to say goodbye to the Trouser leg of his trousers. After that, they started running on the crowded sidewalk again.

 


There were screams.:

 


-Lieutenant Carbabaev! Here they are! Shoot! We'll miss them again! - the driver of a pickup truck shouted, densely approaching the populous sidewalk.

 


- No, it's crowded here! I'm going to miss and shoot innocent passers-by! You are a dog hunter, go ahead and shoot poisonous darts for fugitives from this stupid brass tube! -shouted the Lieutenant Carbabaev.

 


-Well, comrade Carbabaev! - said the dog hunter, and he grabbed the brass tube from his pocket, began to shoot Darts, taking aim at the neck of the fugitives. But he missed and immediately a couple innocent citizens fell, clutching their neck.

 


- Fool! Be careful, stinky dog hunter! - Lieutenant Carbabaev reproached the hunter of stray dogs , slightly raising the visor of his cap with the barrel of a service weapon.By this time the fugitives sharply changing their directions, dived into a narrow alley, where the car would not fit.

 


After this detachment of Lieutenant Carbabaev began to pursue the fugitives on foot. The persecuted ran towards the railway station. Saidvakkas started howled like a werewolf under the full moon from the unbearable pain, he started limping, clutching his leg. It turns out he stepped on a rusty nail that pierced through his leg.He could no longer walk, and fell to the ground like a bag of soil.

The great poet Dahabebaho had to go back to help his faithful friend in the difficult moments.

 


- What's wrong? - he asked, running and breathing heavily.

 


- Aaaahh!..A nail pierced through my leg! - said Saidvakkas .

His face twisted into a grimace of pain.

 


-Be patient, mister electrician Saidvakkas .Get up.

Let me help you with that. It's dangerous for both of us to stay here. After the squad Lieutenant Carbabaev, you understand? - said the great poet Dahabebaho, trying to help lift up his fugitive friend.

 


- No, don't help me. I like something better of myself... You run, I got your back.While I'll hold them off, you will have time to escape, blending into the crowd in the station of the flea market. I'm sure. Goodbye, my friend Dahabebaho! You have no right not to be saved, run for God's sake, for the sake of our long-suffering literature, for the sake of our oppressed people! said Saidvakkas , groaning from the unbearable pain.

After that Dahabebaho there was nothing for it but to run on.

-Goodbye, Mr. Saidvakkas ! Thank you for helping me, staying in trouble and sacrificing yourself for our friendship! - cried the poet Dahabebaho. His eyes glistened with tears. Saying goodbye to his friend he ran on.When he disappeared from sight, there was a detachment of Lieutenant Carbabaev and caught the fugitive electrician. Lieutenant Carbabaev sitting on the back of Saidvakkas, put lowcost handcuffs on his hands.

 


- Well, got the stinky electrician, evil enemy of our suffering people?! We will catch your crazy rich friend poet living in a luxury ventilation pipe!

 


- Ah stop... come on, chief, that hurts! Don't put pressure on my leg, which was pierced through by a rusty nail! - said Saidvakkas , lounging on the ground.

 


After that, he was taken to the basement of the detention center for questioning.

 


The investigation lasted long. The criminal case consisted of several volumes. Finally, the trial took place and the jury handed down an indictment. After all this, the Prosecutor asked the court to sentence Saidvakkas to death.

 


- The court having consulted on a place, decided! Since our convict Saidvakkas worked at the will of the electrician, he will be executed in the electric chair! - the judge said.

Then ordered:

 


- Rise, condemned!

Saidvakkas stood up.

- Do you understand me?! - the judge asked.

 


Saidvakkas replied: -Yes, your honor.

 


-Sit down! - ordered the judge.

Saidvakkas sat down on the defendant bench.

 


- At this court session is declared closed! - the judge said, tapping with a wooden hammer.

 


Saidvakkas never thought that he would ever commit such a heinous crime and will be executed in the electric chair. Oh, how his mother in court, was crying! The worst thing happened before the execution. When he heard the barking of angry dogs and keys rattled the iron door, Saidvakkas thought with horror that the executioners coming from the dark corridor to take him to the room for the execution. But it was not .The lawyer came with the muslim priest. Beardless young priest with a black velvet skullcap on his head with a sacred book in his hands.

 


-Electrician Saidvakkas , so you are going to the afterlife, I came to read your memorial by Sharia law - said the beardless priest with a velvet black skullcap.

Saidvakkas was silent, looking at the priest indifferent gaze as a crazy person.

 


-I also came to say goodbye to you, my dear client Saidvakkas. I apologize that I couldn't protect you from a death sentence-the lawyer told and bitterly began to cry.

 


After this they brought Saidvakkas his last meal.

 


- This is your last meal. Excellent plov, cooked with very delicious sheep kabbob. Eat. If you want to drink vodka or wine lastly, tell me do not be shy-said one of them and uncorked a bottle of wine, gently pulling the tube with the help of a corkscrew.

 


-No, thank you. I don't want to eat or drink, how could I have anything at such a time, what's wrong with you? - said Saidvakkas .

 


-Well, well.If you don't want to drink, we will toast to you, that is, the sight of your soul -the other said and they drank in silence, clinking glasses, and ate.Then they took Saidvakkas , dragging him along a narrow, poorly, conferences hall. Before putting him on the electric chair, the Barber shaved his hair with a razor in the top of his head, wet his head with a wet rag so that his skull effectively passed the high voltage electric current. Then put him in the electric chair, the executioners tied the hands and feet with belts, blindfolded his eyes, with a dark blindfold, so his eyes don't pop out during the execution.

 


After the judge read the verdict , Saidvakkas with a rag in his mouth thinking about that here is the main executioner nodding to his assistant and he pulls the switch and scary sitebest electrical discharges like lightning in the black sky, throwing sparks and he's done.

 


Finally it was the time of the execution and the assistant chief executioner solemnly pulled lever. Those present in the hall covered their face with their hands, with magazines, who else than that, not to see the terrible event. But just at this time the power went out throughout the district, thereby saving Saidvakkas from apparent death.

Saidvakkas woke up in a cold sweat and saw his mother, who stood with a candle in her hand.

 


- Oh, mom, why are you holding a burning candle? - he asked with fright, thinking that he really died after the execution and is already in the dark world.

 


-What is it, my lamb, I think you are sick? What to do if power each day turns the light off, under the pretext economic electricity? Turned on the TV to watch movies and again turned off the light - electrician Saidvakkas's mom said .

 


- Oh, thank God, mother, thank God, that all this was not in reality! - said Saidvakkas hugging his mother.

-What happend to you, my son, did you have a nightmare? - asked the Saidvakkas's mother.

-Yes, mother, in the dream I was executed in the electric chair! Good thing the lights went out during the execution! Oh, how good it is to live without electricity!Look, mom, how the moon looks in our open window!As the distant twinkle of countless stars! Do you hear the frog choir whispering?How they croak! croak!croak!croak!! And how selflessly crickets sing! - said Saidvakkas , looking in through the open window, which gently fluttered the net curtains.

 


- Yes, son. Frogs are humpbacked, bug-eyed, ugly, in a word. And how they sing under the bright shining moon, in silence! - said the delighted mother of Saidvakkas.

 


Mother and son wondered, silently glaring through open window on moon and on distant the blue stars.

 

 

 

02/05/2018.

9:46 in the morning.

Canada, Ontario.

 




eb23ebae4e2f0a5747a3836a73a792433eb756231883193 (700x510, 39Kb)

 

 

 

Холдор Вулқон

Ўзбекистон Ёзувчилари уюшмасининг аъзоси

 

"Тил робитаи воситаи оламиёндир"

Аваз Ўтар


Изох: робита кўприк дегани. Тил дунёдаги халқаро муносабатлар кўпригидир - демоқда шоир.

(Аваз Ўтар таҳаллусининг ўзидаёқ, юз йил муддат ҳам кўз очиб юмгунчалик туюлгувчи ўта қисқа умри давомида инсонлар бир бирларини ранжитиб, қон қақшатиб, сургун қилиб,ва ҳатто ўлдириб бўлса ҳам, ҳаммадан қолган ва қолгувчи, муваққат малъун молу матога, ҳойи ҳашамга, вақтинчалик мансабу мартабага, дабдабага, тожу тахтга талпинаётган телба дуёда тамоми мавжудод ЎТАР, яни ўткинчи эканига буюк ишора бор.)

 

Ўзбек қўшиқчилик санъати оламида ўзининг алохида овозига эга етук санъаткорлар жуда кўп.


Уларни ном ба ном келтирмаётганим учун азиз санъаткор қўшиқчиларимиз мендан ранжимасликларини ҳохлардим.

Мен бугун фақат ҳаммамиз қўшиқларини бирдай севиб тинглайдиган, ўзбек эстрадасининг асосчиси, сеҳрли овоз эгаси, буюк ҳофиз Ботир Зокировнинг туғишган укаси, эл севган санъаткор, Ўзбекистон халқ артисти Фаррух Зокиров ҳақида сўз юритмоқчиман ҳалос.

Аслида Фаррух Зокиров асос солган "Ялла"  ансамблининг номида ҳам буюк ҳикмат бор. Бу номнинг ўзбекча "Ё, Олло!", арабча талаффузда "Я, Аллах!" калимасидан олинганини ҳамма ҳам билавермаса керак.

Ҳақ ишқида девона бўлиб, жазбага тушган қадимги дарвешлар, "Ё Оллоху, ё олло, Ҳақ дўст ё Олло!" дея кўчаларда кезиб юрганлар.

Момоларимиз эса, узун тунлар чақалоқ ётган бешикни тебратиб, "Олло ё Олло!" дея бедор қўшиқ куйлаганлар.

Ўша "Алла" қўшиғи кейинчалик "Ялла" номини олиб, асрлар ўтиши билан, миллий мақомчилигимиздаги жанрлардан бирининг номига айланган.

Ким билади, балки айнан шу калима сабаб, одоб ахлоққа зид бўлмаган гўзал қўшиқлари учун "Ялла"ансамблига Яратган Парвардигор шундай улуғ файзу барокотлар ато этгандир, валлохи аълам.

Бу ансамбл репертуаридаги барча оромбахш, ўлмас қўшиқларни элимиз севиб тинглайди.Айниқса "Мажнунтол", "Тошкентним онам", Ўрмонларга қўнар оқшом, гўзалдир олам, менда йўқ ором - дея бошлангувчи "Эслаб" каби қўшиқларни.

Гарчанд "Ялла ансамблининг солисти "Фаррух Зокиров ўзлари рус мактабини битириб, олийгоҳларда ҳам роман - герман факульталарини хатм қилган бўлсаларда, асосан ўзбекча қўшиқлар яратиб, уларни она тилимизда қойилмақом қилиб ижро этдилар ва ижро этмоқдалар.

У қўшиқлар она тилимизнинг гўзаллигини, жозибасини бутун дунёга намоиш этди.


Аслида она тилида сўзламоқни ҳаммамиз Фаррух акадан ўрганмоғимиз керак.

Кимки бу гапларимга ишонмаса, Фаррух Зокировнинг интервьюларини тинглаб кўрсин.

Рус ва инглиз тилларида равон сўзлайдиган бу санъаткор ўз интервьюларида иложи борича хорижий сўзларни аралаштирмай, соф ўзбек тилида гапиришга ҳаракат қиладилар.

Фаррух Зокировнинг давлат тили масаласига жиддий қарашлари барчамиз учун ибратдир.

Конституцияда белгилаб қўйилган давлат тилини ҳурмат қилиш, уни авайлаб, асрашнинг эса, миллатчиликка, ирқчиликка ҳеч қандай алоқаси йўқ.

Агар биз миллатидан, ирқидан, динидан қатъий назар барча халқу элатлар биргаликда, ягона оила аъзоларидай ахил иноқ яшайдиган жамият барпо қилишни истасак, биринчи навбатда  Ўзбекистонда яшаётган барча халқларнинг тилини, миллий маданиятини, урф -одатларини ҳурмат қилган ҳолда, давлат тилини ўрганган, у тилда равон сўзлайдиган русларимизни ва бошқа халқ вакилларини ҳар тамонлама рағбатлантирмоғимиз керак.

Биз ижод аҳли эса, ҳох у адабиётда бўлсин, ҳох қўшиқчиликда бўлсин, ўзга тилларни ҳам билиш, у тилларда сўзлаш, ижод қилиш баробарида, ўз она тилимизни ҳам яхши билишимиз, худди Фаррух ака каби ўз тилимизда ҳам санъат даражасида дурдона асарлар яратишга ҳаракат қилмоғимиз, она тилимизни авайлаб асрамоғимиз зарур.




21/08/2020.
Кеч соат 8:02.
Канада, Онтарио.





 


Ўзбекистон Республикаси Маданият Вазири этиб тайинланган, Ўзбекистон халқ ҳофизи Озодбек Назарбековни юксак мартаба билан чин дилдан муборакбод этамиз!


 



 

Холдор Вулқон

Ўзбекистон Ёзувчилар уюшмасининг аъзоси


Ибрат Сафо

 

 

Ватандан ташқарида Ибрат Сафо деган бир ўзбек журналисти бор. У "Би би си ўзбек" радиосида фаолият олиб боради. Ибрат Сафонинг бошқа "журналистлар"дан фарқи, у ўзи тахлил қилаётган воқеаларга ҳеч қачон бир ёқлама ёндошмайди. Воқеаларни ёритиш жараёнида ҳечкимнинг тегирмонига сув қуймайди, ҳечкимга ялтоқланмайди ва ўз манфаати йўлида суҳбатдошига провокацион саволлар бермайди. Тўғриси, мен шундай профессионал ўзбек журналисти борлигидан ва у билан бир замонда яшаётганимдан фахрланаман.



Холдор Вулқон

24/09/2019.
Тонги 7:20.
Канада, Онтерио.

 

 

 

 

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

 

Зимняя симфония

(Посвящается памяти великого узбекского певца Батыра Закирова)

 


Стучит в окна снежинками зима,
За окном снег шепчет молитву.
Глядят устало на дорогу дома,
Поет на ветру скрипучая калитка.   

Деревьям ветви раскачивает ветер,
Перелистывая зимы нотная тетрадь.
Снежинки ни очем не жалея на свете,
Симфонией белой невесомо летят.

Ветры все рвут на улице баяны,
Снегом покрыты дороги и дома.
Зима на оледенелом белом рояле,
Играет старинный романс.



24/11/2017.
9:56 дня.
Канада, Онтерио.

 

 

Holder Volcano

Member of the Uzbek Union of Writers

Cuckoo's nest

 

The man waited long and patiently
looking at the grey cuckoo's nest,
with a long pole in his hands.
He waited for and waited and finally the cuckoo,
poking it's head out of the nest, it sang:
Koo-koo! Koo-koo! Koo-koo! Kook...
The man hit the cuckoo with the pole
and it fell down to the carpet.


01/03/2018.
10:07 in the morning.
Canada, Ontario.

 

No one is visible on the Milky way


The stars are cramped in the vast sky.
They hit each other with their elbows.
For this reason, one of them,
like a startled bird flew away.
No one is visible on the Milky way,
where they don't even ride a moped.
Maybe they're afraid to puncture
their old vintage vehicle's wheels 
over the rusty nails of stars.


24/03/2020.
10:57 of the day.
Canada, Ontario.

 

 

x_15d42282 (604x453, 162Kb)