Поиск

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

 


Казнь на электрическом стуле

(Рассказ)


 



Саидваккас лет двадцати пяти, среднего роста, с большими коровьими глазами, со сгорбленным носом и черными бровями и волосами, как нефть.Работает он электриком в местной электросети и безумно любит свою профессию.Он каждый день где - то что - то чинет, залезая на высокие столбы на когтях.Работает в защитном шлеме оранжевого цвета, чуть отклоняясь, держа в натяжку цепь вокруг столба и напевая себе под нос какую-нибудь веселую песню.Над столбой, где работает Саидваккас, проплывают огромные облака, словно гигантские дирижабли, а рядом на весенних стройных тополях запоют синицы, заливаясь трелью, типа: -Чка- ди-ди-ди-ди-ди -ди -ди!Самое лучшее и самое интересное для Саидваккаса то, что ему все видно с высоты, как на ладони, дома, дворы, деревья, улицы поселка городского типа, далекие проселочные дороги, луга и коровы, хлопковые поля и за полями высокие горные склоны и снежные вершины. Обычно люди почти не обращают на него внимания. Но, когда обрываются электрические провода в зимной метели или в буране и отключается свет, тут Саидваккас мгновенно превращается для жителей поселка городского типа самым важным, дорогим и близким сердцу человеком, как незаменимый вечный президент страны, как героической личность.О как обрадуются жители поселка городского типа, когда Саидваккас починет и устраняет неполадку!Стар и млад, даже дети во весь голос, закричат хором: -Урааааааааа!.Услышав такого первый раз, человек даже может подумать, что разгневанный народ восстал наконец против мерзкого тирана и кровавого диктатора чтобы совершить революцию.После того, как свет загорит, все, тут же забудят о Саидваккаса.А Саидваккас в свою очередь, относясь к этому с пониманием, не обижается на них.Часто, власти сами, чтобы как - то сэканомить электроэнергию, отключают свет и поселок городского типа погружается в кромешную тьму.Особенно зимой, когда взрываются старые электрокиоски, неделями, иногда и месяцами люди живут без электричества, топя допотопным способом свои лачуги и хижины кизяками, едя и читая в свете керосиновых ламп, в морозной тишине. В такие дни, когда дети делают уроки в свете зажженной свечи, разгневанный народ хором проклянет электриков и всех госслужащих, которые угнетают таким образом свой собственный народ, проголосовавший за них на выборах, доверяя им свою судьбу, когда они обещали о том, что не будут никакие проблемы с электричеством и газом, если народ проголосует за них. Такими мыслями Саидваккас работал на столбе, и тут зазвонил его мобильный телефон.
Саидваккас, вытащив свой мобильник, включил его. -Алло!Слушаю вас! - сказал он.
Человек, который позвонил, молчал.
-Алло!Кто вы?! Почему молчите? Говорите, я вас внимательно слушаю! Алло!.. - удивился Саидваккас.


Тут человек шуршащим голосом начал говорить:- Алло! Это электрик Саидваккас?! Ну здравствуй, чувак. Короче я тебя знаю а ты меня нет. Так вот, слушай меня внимательно и не перебивай, не спрашивай, кто я, откуда, если конечно дорога тебе жизнь!.. Короче, твоя жизнь висит на волоске над бездонной пропастью и у тебя ничтожно мало времени.Тебя сегодня хотят арестовать за то, что ты проболтал лишнего в чайхане, критикуя власти и политики нашего незаменимого, многоуважаемого президента, назвав его диктатором. Короче, тебе объявили в международный розыск.Так что беги, чувак и неоглядывайся. Все, я не могу больше говорить.Это опасно для моего организма.Ситуация крайно серьезное.После нашего разговора ты разбей свой мобильный вдребезги и старайся ни с кем не разговаривать по телефону. С уважением, твой тайный друг - сказал неизвестный.
- Да что вы говорите, я просто пошутил тогда, чтобы компанию было весело и не говорил о некоторых наших чиновниках в высшем эшалоне власти, которые воруют народные деньги и переправляют их через оффшор в зарубежные банки в виде золото и бриллиантов, в место того, чтобы улучшать газоснабжения в стране и обновить устаревшую систему электропередач. Я ни слово не говорил и о властях, которые продают углеводородов такие, как природный газ, нефть и другие полезные ископаемые почти за дарма другим странам.А наш бедный народ топит свою хижину, лачуги и железобетонные квартиры допотопным способом в суровую зиму.То есть углем, дровами или кизяком.Особенно зимой в отсутствие электричества и газа населения нашей страны страдает от холода.Особенно дети.Они делают уроки при свете керосиновой лампы в холодных домах, как в блокадном Ленинграде в сороковые годы ХХ века.Когда за деньги, сворованные некоторыми госчиновниками нашей независимой страны, запросто можно построить мощные сверхсовременные солнечных электростанций, не требующие колоссальных затрат,не загрязняющие экологическую среду ядерными отходами, обеспечивающие почти бесплатной электроэнергией сотни гигантских заводов и фабрик, где могли бы работать наши соотечественники, страдающие от тотальной безработицы.Они бы не разъехались по миру в поисках работы и не превратились бы в рабы. Если бы они имели нормальную работу на родине, то наше молодые согражданы не превратились бы в марадеры, в горячих точках планеты, где взрывают и разрушают красивые города, превращая их в руины, убивая друг друга и ни в чем неповинных людей, особенно беспомошных детей...
Алло! Алло, вы слышете меня - сказал Саидваккас.
Но из телефона доносились короткие гудки, похожие на гудки аппарата искусственной вентиляции легких больного, который умер. То есть связь оборвалась.
Саидваккас с испугом оглядывался вокруг и спешно спустился вниз, и пошел в сторону квартала, где он живет со своей мамой.По дороге и даже в лифте все люди начали ему казаться полицейскими в гражданской форме.Перед тем, как зайти в свою квартиру, он снова озирался вокруг и зайдя во внутр, закрыл за собой дверь на замок.
Увидев его бледное лицо и тревогу в глазах, его мама забеспокоилась. -Что с тобой, сынок? -спросила она.
-Все хорошо, мама.Только, знаешь... тут такое дело... ну, как тебе обяъяснить? Короче... -сказал он еле и услышав топот сапогов за дверью, от страха замер.
Потом, подойдя к двери на цыпочках смотрел в глазок и увидел стоящих там людей.Один из них Саидваккас сразу узнал.Им был участковый милиционер лейтенант Карбабаев, который начал стучать в дверь.
-Кто там, сынок?Открой дверь, посмотри, может гости к нам пожаловали - сказала мама Саидваккаса. Саидваккас вертикально поставив свой указательный палец в губы, шепотом сказал:
-Тсс, мама, там лейтенант Карбабаев со своим отрядом.Они хотят меня арестовать.Ты не волнуйся, мам, все будет хорошо.Я сейчас ухожу через окно и им скажи, что ты меня не видела.Береги себя, мама.Я тебя люблю -сказал Саидваккас, обнимая свою маму и прощаясь с ней.
От этих слов мама Саидваккаса чуть не упала в обморок. Саидваккас открыв окно, прыгнул на гулкую жестянную крышу соседнего дома и побежал, как каскадер, который исполняет опасные и сложные трюки, заменяя актера на съемочной площадке.За ним гонялись участковый милиционер лейтенант Карбабаев и двое гицуля, люди занимающихся отловом бродячих собак.Внизу столпился народ и начал наблюдать за происходящим, защишая свои глаза от солнечнего луча ладониями своих рук.Они думали, что в их родном квартале снимают остросюжетный захватывающий художественный фильм - боевик. Саидваккас долго и безоглядно бежал по жестяным крышам.Бежал и думал набегу о том, что в этом мире бегут все, как белка в клетке, которая крутит колесо.Бегут люди, бегут.Потому что за ними гонится безжалостная смерть с косой.А люди крутят и крутят свои колеса, большие и маленькие, золотые, железные, деревянные и глиняные, незаметно седея и старея при этом.Бегут у кого есть ноги за несметным богатством.Даже те, у кого парализованы ноги тоже бегут за мизерной пенцией, кто передвигаясь с помощью костылей, кто на инвалидном коляске с колесами от велосипеда. А Земля крутится, как таинственное колесо вселенной и как хорошо, что никто не в силах ее остановить.А синее небо больно похоже на песочные часы, где секунды, минуты,часы, дни недели, месяцы, годы и века льются сверху, как песчинки с рваного мешка небес в песочные часы вечности... Такими мыслями Саидваккас бежал дальше, прыгая с крыши на крышу, как летучая белка в лесу, как шумпанзе в джунглях.
-Гражданин Саидваккас!Стойте! Кому говорю?! Стой! Иначе я буду вынужден открыть огонь из своего табельного оружие на поражение! - крикнул лейтенант Карбабаев.
Саидваккас не слушался его.Наоборот стал бежать еще быстрее.Он проворно прыгал с крыши на крышу, как обезяна в джунглях, как белка-летяга с елки на елку и безоглядно бежал.
Лейтенант Карбабаев и двое гицеля - догхантеров тоже бежали с сачками в руках, ловко прыгая с крыши на крышу, не теряя из виду беглого электромантера Саидваккаса.Внизу за всем этим с восхищением следила толпа зеваков, как туристы у канадского водопада Неагара, над которым ходит по канату без всякого шеста рискованный канатаходец.Тут случилась беда и Саидваккас свалился в старую глубокую вентеляционную шахту хрущевских времен.Когда он с грохотом падал вниз, в темноте он услышал ругань.Кто то кашлял и чихал в копоте и пыли.На крыше, все еще топая сапогами ходили люди.
-Ё мое!Он исчез!Будто сквозь земли провалился!Во шайтан а!Странно, куда же он может пропасть?! Неужели упустили гада! -сказал лейтенант Карбабаев и дабавил: -Ну ничего, мы устроим засаду в его квартире и он от нас не убежит!
После этих его слов, топая по гулкой крыше отряд лейтенанта Карбабаева стал уходить.
Когда они ушли, в темной вентеляционной шахте кто - то зажег спичку и Саидваккас увидел перед собой человека, лет тридцати пяти-сорока. Он зажег свечу. Саидваккас сразу просил прощение у хозяина за то, что испугал беднего, принужденно прыгая в его жилье.
-Ничего, бывает - сказал человек и продолжал.
- Я одинокий поэт Дахобебахо - обяснил он.
-Я рад познакомиться с вами господин поэт Дахобебахо. Зовут мея Саидваккас. Образование у меня средно -специальное. До этого я работал простым монтером.
-Ну, тогда мы с вами почти коллеги.Так как вы электрики освещаете людям дома и дороги, а мы поэты освещаем душу людей как задумчивые усталые фонары в тихом предрассветном часу -сказал поэт Дахобебахо.
Потом прочел свое новое стихотворение. Слушая стихи Дахобебахо, Саидваккас глубоко вздохнул.
-Ндаааа, такой великий поэт живет в неосвещенной вентеляционной шахте!Какая несправедливость, Господи! Как вы вообще живете в такой яме, покрытой паутинами? Такие поэты, как вы должны жить в особняках, в окно которые по ночам с украдкой заглядывает любопытная луна. Где, за окном звенят белоствольные тополя на ветру, а осенью задумчивые клены роняют свои листья в тишине, как слезы.В зимных сумерках поэты должны сидеть молча у окна, специально выключив свет и глядя часами на снежнюю метель, слушая вой вюги -сказал он.
-Нет, господин Саидваккас, наоборот я рад, что живу в вентеляционной шахте.Это гораздо лучше, чем жить в роскошных особняках.Тут царит тишина и покой. Здесь никто мне не мешает.Я никуда не бегу, не спешу и не опоздываю.Занимаюсь тем, что мне по душе -сказал Дахобебахо.
Саидваккас умолк на миг, глядя на руки поэта Дахобебахо, покрытые татуировками. Потом спросил:
-Прошу прощения, господин поэт, видно, что вы долгие годы сидели в тюрьме. А за что?
-Нет, господин Саидваккас, я не сидел в тюрьме -ответил поэт Дахобебахо.
-А почему тогда ваши руки покрыты татуировками? - удивился Саидваккас.
-Ааа -сказал Дахобебахо. Потом стал объяснить: -У меня не только руки, почти все мое тело покрыто татуировками, где написан мелким шрифтом текст моих стихов, которые можно прочитать только с помощью лупы.Я написал их на свое тело с помощью чернилы и иголки, чтобы стихи мои не потерялись.Одним словом я живая рукопись своих стихов.Ходячая библиотека, если конечно можно так выразиться. Вот таким образом я сэканомлю средства, чтобы купить себе новые ботинки, но это мне пока не удается.Хожу, как видите, вот в этих старых голошах, намотав на свои ноги портянки.Бумагу купить не на что.Она для меня точно так же, как золото для богатых.Я ползуюсь бумагой редко -сказал он.
Потом продолжал: -Господин Саидваккас, я рад вашему приходу.Хотя вы пришли в мое убогое жилье без предупреждения, но вы всеравно являетесь для меня Богом посланным гостем и я по обычаю должен вас чем - то угостить, правильно? -сказал поэт Дахобебахо.
-Ну что же, я готов принять угощения, господин поэт.Знаю, что вы меня хотите угостить увесистым кулаком по морде за то, что я беспокоил вас своим дурацким визитом -заулыбался Саидваккас.
-Да нет, что вы, дорогой гость.Действительно у меня есть для вас угощения.Где то здесь должен быть кусочек засохшего хлеба.Я его не сьел, даже тогда, когда грозила голодная смерть.Я сберег его для случайных гостей такие, как вы. Где же он... Такими словами поэт Дахобебахо начал судорожно шарить в своей старой и рваной сумке, сделанной из дермантина.
-Не надо, не беспокойтесь, господин поэт.Я сыт -сказал Саидваккас.
-Да? -сказал поэт Дахобебахо, грустно вздыхая.Потом сильно заобрадовался, пощупая свой рваный пиджак и вытаскивая из внутренного кармана кисет.
-Вот, у меня есть отменная махорка, изготовленная мною из опавших багровых листьев осеннего клена, который печально роняет свои пожелтевшие листья в безлюдных осенних парках и аллеях в туманной тишине. То есть я угощу вас священным дымом -сказал он, спешно развязывая тесемку кисета с трясущими от волнении руками.
-Господин поэт Дахобебахо, не надо.Я не курящий, не пьющий.То есть веду здоровый образ жизни.Занимаюсь спортом -сказал Саидваккас.
-Вы не бойтесь, господин Саидваккас.Этот табак целебный - объяснил поэт Дахобебахо , набивая махоркой свою трубку с длинным и тонким мундштуком, сделанный специально из камыша.Потом, зажигая трубку, сделал несколько затяжек и передал ее Саидваккасу.
Саидваккас взял трубку и тоже сделал затяжку.Тут едкий дым попал в его легкие и он начал сильно кашлять, высовывая свой язык, как больной и старый овец, задыхаясь.А поэт Дахобебахо стал хохотать.Он, еле задавив свой смех, сказал: -Вы кашляете, как перепелка, которая поет в предрассветной мгле в клеверном поле, простудив свое горло холодной росой, когда она ее пьет.
- Ндаа, горьковато однако у вас махорка, сделанная из опавших кленовых листьев, которые вы собирали в осеннем парке - улыбался Саидваккас -нимножко придя в себя.
Дахобебахо спросил у него о том, почему лейтенант Карбабаев со своей группой захвата преследует его. Саидваккас подробно рассказал причину преследование и поэт Дахобебахо задумался.Потом, закуривая трубку набитую целебной махоркой, сделанная из опавших багровых листьев осеннего клена, начал говорить.
-Да, господин Саидваккас, таких, как вы - большая редкость не только в нашем обществе, но и на планете.Не каждому дано, смело сказать правду о тяжелой жизни народа, рискуя своей собственной жизнью.Я вам завидую по белому в этом плане, честное слово.А я живу здесь, скрываясь от глупой толпы, как орел который гнездится на высокой гранитной скале. Посколько у этого жилья отсутствуют окна, я каждый день поднимаюсь на крышу через компактной складной лесницы, чтобы встречать зарю и заката, сидя на жестяной крыше и писать новые стихи.По ночам любуюсь звездным небом и сияющей луной в тишине.Особенно люблю глядеть на заре с крыши вниз, наблюдая за движением толпы, спешащая на работу или еще куда нибудь.Поток толпы движется по тротуару, как караван муравьев и направляется в сторону метро.Спешащие люди напоминают мне послушных песчинок, которыми ветры управляют легко и направляют их туда, куда хотят...
Тут неожиданно кто - то начал кричать на верху: -Ах, гад, он оказывается здесь, в вентеляционной трубе!Разговаривает со своим сообщником!Скорее сюда, товарищ Карбабаев! -кричал он. И снова послышался топот кирзовых сапогов на гулкой жестяной крыше.
Саидваккас и поэт Дахобебахо с ужасом уставились вверх, как узники в глубоком зиндане древной Бухары. Они страшно испугались, увидев разгневанного участкового милиционера лейтенанта Карбабаева, который глядел в вентеляционную шахту, как в колодец, с табельным оружием в руках.
-Нука, руки вверх, сволочи!От нас еще никто не убежал!Теперь тебе конец, Саидваккас! И твоему сообщнику тоже!.. Эй, вы принесите быстро веревку.Пусть они поднимутся добровольно, если конечно им еще хочется жить на этом свете! -крикнул он, слегка приподнимая козырка своей фуражки с помощью ствола пистолета с глушителем. Услышав такое у Саидваккаса екнуло сердце.Он стоял с поднятыми руками, словно воин попавшый в плен на братоубийственной войне.Поэт Дахобебахо тоже.
-Постойте, господин лейтенант Карбабаев!У меня есть дротики с транквилизатором! -сказал, только что прибежавший санитар, который занимается отловом бездомных собак, и вытаскивая из-за пазухи духовую трубку начал метать из нее дротики по Саидваккасу и по его другу.Но никак не мог попасть.Тогда у лейтенанта Карбабаева лопнуло терпения и резко оттолкнул его.
-Эх, ты, догхантер несчастный!Кто так стреляет!Отойди, придурок! Обойдусь без твоих медвежьих услуг, без веревки! У меня есть дымовая шашка, которая заставит их подняться наверх! -сказал он и зажигая дымовую шашку, бросил в вителляционную трубу, напоминающую яму старого засохшего колодца. В это время от толчка лейтенанта Карбабаева догхантер покатился по жестяной крыше и еле остановился на краю крыши.
-Не бойтесь, господин Саидваккас.Без паники.В вентиляционной трубе есть черный ход-сказал шепотом и кашляя в дыму поэт Дахобебахо.После чего, вытащив старый матрас, они открыли проем и нырнули туда. Саидваккас с поэтом Дахобебахо выбрались из проема и бежали, не оглядываясь назад по тротуару, сбивая прохожих, чтобы успеть скрыться.
Лейтенант Карбабаев и его дружки -гицеля догхантеры все еще находились над вентеляционной трубой, надеясь поймать двоих беглецов которые вот вот выскочут из ямы вентеляционной трубы, наполненной едким дымом.А беглецы - единомышленники бежали по тротуару изо всех сил, обгоняя друг друга, как участники спортивной олимпиады на беговой дорожке.Когда они начали перебежать улицу, как бы изменяя направления на бегу, Саидваккас чуть не попал под грузовик.Шофер грузовика, резко крутанул баранку вправо и в панике нажал на тормоза.В результате грузовик резко выехал на обочину и с грохотом врезался в столб. От мошного удара деревянный столб сломался, как мачта старинного корабля пиратов в штормовом море.Раздались истошные крики женщин, похожие на свист, ругань и вопли сигнализации.К счастью, все обошлось без человеческих жертв.Друзья бежали до тех пор, пока не начинали задыхаться.Тут в голову Саидваккаса пришла уникальная идея и он силой отобрал у одного человека велосипед с рулем мотоцикла байкеров.
-Господин поэт Дахобебахо! Прыгайте быстро на задный багажник агрегата шайтана! - крикнул он. Поэт Дахобебахо прыгнул на багажник угнанного велосипеда с удобным, длинным рулем.Он ловко сел на шайтан арбу, как садятся проворные индейцы на лошадь и они вдвоем умчались по тротуару, крича: -От винта, уважаемые граждане!У этого агрегата шайтана не работают тормоза! Прохожие прислонялись к стенам домов и витринам ресторанов и кафе, освобождая им тротуар.Тут случилось беда.То есть брючина Саидваккаса попала в цепь и беглецы, теряя равновесие упали на тротуар.Чтобы избавиться от двуколесного капкана, от агрегата шайтана, Саидваккасу пришлось попращаться с брючиной своих брюков.После этого они снова начали бежать по многолюдному тротуару.
Тут послышались крики: -Товарищ Карбабаев!Вот они!Стреляйте!А то снова упустим их! -кричал шофер пикапа, плотно подъезжая к многолюдному тротуару.
- Нет, здесь многолюдно!Я могу промахнуться и пристрелить ни в чем не повинных прохожих!Ты, это, догхантер, давай, стреляй ядовитыми дротиками по беглецам из своей дурацкой духовой трубки! -крикнул лейтенант Карбабаев.
-Хорошо, товарищ Карбабаев! -сказал догхантер и вынув из за пазухи своего синего халата духовую трубку, похожую на дудку, начал метать дротиками, прицеливаясь в шеи беглецов.Но он промахнулся и тут же упали несколько прохожих, схватившись за свои шеи руками.
-Дурак!Поаккуратнее, догхантер вонючий! -упрекнул охотника бродячих собак лейтенант Карбабаев, слегка приподнимая козырка своей фуражки с помощью ствола табельного оружие.К этому времени беглецы резко изменяя свои направления, нырнули в узкую переулку, куда не пролезет автомобиль. После этого отряд лейтенанта Карбабаева начали преследовать беглецов пешком.Преследуемые бежали в сторону железнодорожного вокзала.
Тут крича от невыносимой боли электрик Саидваккас начал хромать, схватившись за ногу.Оказывается он наступил на заржавевший гвоздь, который пронзил его ногу насквозь.Он больше не мог ходить и обессиленно свалился на землю, как мешок с удобрением. Поэту Дахобебахо пришлось вернуться обратно, чтобы помочь своему верному другу в трудные минуты.
-Что, случилось? -спросил он, прибегая и тяжело дыша.
-Всс ааахх!..Гвоздь пронзил мою ногу насквозь! - сказал Саидваккас. Лицо его исказила гримаса боли. -Ничего, потерпите, господин электрик Саидваккас.Поднимайтесь. Давайте я вам помогу. Нам обеим опасно здесь оставаться.За нами гонится карательный отряд злого лейтенанта Карбабаева, слышите? -сказал поэт Дахобебахо, стараясь помочь поднятся своему беглому другу.
-Нет, не надо мне помагать.Я как нибудь уж сам... А вы бегите, я вас прикрою.Пока я их задержу, вы успеете скрыться, сливаясь толпой в вокзальной толкучке.Я уверен в этом.Прощайте, мой друг поэт Дахобебахо! Вы не имеете право не спасаться, бегите ради Бога, ради нашей многострадальной литературы, ради нашего угнетенного народа! -сказал Саидваккас, охая от невыносимой боли. После этого Дахобебахо не оставалось ничего, кроме, как бежать дальше.
-Прощайте, господин Саидваккас! Спасибо, что помогаете мне, оставаясь сами в беде и жертвуя собой ради нашей дружбы! - крикнул поэт Дахобебахо. В его глазах заблестели слезы.Прощаясь своим другом, он побежал дальше.Когда он исчез из виду, появился отряд лейтенанта Карбабаева и поймали беглого электрика. Лейтенант Карбабаев сидя на спине Саидваккаса, с ловковстью надел наручники на его руки.
-Ну, попался электрик поршивый, злой враг нашего многострадального народа?! Ничего, поймаем и твоего дружка чокнутого богатого поэта, живущего в роскошной винтеляционной шахте!
-Т... ты чего, начальник, больно же! Ты не дави на мою ногу, которую насквозь пронзил ржавый гвоздь! - сказал Саидваккас, валяясь на земле. После этого его увезли в подвал следственного изолятора для допроса.
Следствие длилось долго.
Уголовное дело состояло из нескольких томов.
Наконец состоялся суд и присяжные вынесли обвинительный вердикт.После всего этого прокурор просил суд приговорить Саидваккаса к высшей мере наказания, то есть к смертной казни.
- Суд посоветовавшись на месте, решил! Посколько наш осужденный Саидваккас работал на воле электромонтером, он будет казнен на электрическом стуле!- сказал судья.
Потом приказал: -Встаньте, осужденный!
Саидваккас встал.
- Вам понятен приговор?! -спросил судья.
Саидваккас ответил: -Да, ваша честь!
-Садитесь! - приказал судя.
Саидваккас присел на скамю подсудимых.
- На этом судебное заседание объявляется закрытым! - сказал судья, стуча деревянным молотком.
Саидваккас никогда не думал, что он когда - нибудь совершит столь гнусное преступление и будет казнен на электрическом стуле.О, как плакала его мама в суде, как плакала!Самое страшное случилось перед казнью.Когда послышался лай злой собаки и зазвенев ключи гремели железные двери, Саидваккас с ужасом думал, что идут по плохо совещенному коридору безжалостные палачи, чтобы увести его в комнату для исполнение казни.Но не тутто было.Пришел адвокат с муллой. Безбородый молодой мулла с черной бархатной тюбитейкой на голове стоял со свяшенной книгой в руках.
-Электромонтер Саидваккас, так как ты сегодня отправишься на тот свет, я пришел зачитать твою джаназу по шариатскому закону - сказал безбородый мулла в бархатной тюбитейке черного цвета.
Саидваккас молчал, глядя на муллу равнодушным взглядом, как сумасшедшый. -Я тоже пришел простится с вами, уважаемый мой подзащитный Саидваккас.Прощу прощения за то, что я не смог вас защитить от смертного приговора -сказал адвокат и горько зарыдал.
После этого пришли двое, которые принесли ему еду.
-Это твой последный обед, приговоренный к смертной казни.Отменный плов, сваренный на курдюк овца гисарской породы.Ешь.Если хочешь выпить водку или вино на последок, скажи, не стесняйся -сказал один из них и откупорил бутылку отменного вина "Ценандали", грузинского производство, аккуратно вытащив пробку с помошью штопора.
-Нет, спасибо.Я не хочу есть.Пить тоже -сказал Саидваккас.
-Ну, что же.Раз ты не хочешь пить, то мы сами выпьем целебное грузинское вино за твое здоровье, то есть на помин твоей души -сказал другой и они выпили молча, чокаясь стаканами, вкусно поели.Потом увели Саидваккаса, волоча по узкому, плохо совещенному коридору.Перед тем, посадить его на электрический стуль, парикмахер побрил его волосы бритвой в верхной части его головы, намочил мокрой тряпкой башку, чтобы его череп эффективно пропускал электрического тока высокого напряжения.Саидваккас заплакал.
-Ты чего плачешь, приговоренный к смертной казни? - спросил палач.
-Да, вот, видети ли, когда парикмахер брил мою голову, мне казалось, что он гладит мне по башке, как моя мама в далеком детстве -ответил он.
Угрюмые палачи молчали.Они крепко привязали руки и ноги приговоренного к смертной казни прочными ремнями, завязали его глаза темной повязкой, чтобы они не выскочили из своих орбит во время казни. После того, как прочитали приговор, Саидваккас с кляпом во рту думал о том, что вот вот главный палач кивнет своему помощнику и тот дёрнет рубильник и страшно задребезжут электрические разряды, издавая звуки "Дзержинский!", вспыхнув словно молня в грозовом небе, метая искры в разные стороны и ему конец.
Наконец настал долгожданный момент исполнение казни и помощник главного палача торжественно дёрнул ричаг.
Присутствующие в зале закрыли свои лица, кто руками, кто журналами, кто еще чем - то, чтобы не видеть страшную картину.
Но как раз в это время отключилось электричество во всем округе, спасая тем самым Саидваккаса от явной смерти...
Саидваккас проснулся в холодном поту и увидел свою маму, которая стояла с горящей свечой в руках.
-О, мама, почему ты держишь горящую свечу? - спросил он с испугом, подумав, что он в самом деле умер после казни и уже находится в темном мире.
-Что с тобой, мой ягненок, заболел что ли? А что делать, если власти каждый день отключают свет, под предлогом сэканомить электроэнергию? Только включила телевизор, чтобы смотреть сериалы и на тебе, снова отключили свет - сказала мама электромонтера Саидваккаса.
-О, слава Богу, мама, слава Богу, что все это происходило не на яву! -сказал Саидваккас, обнимая свою маму.
-О чем ты, сынок, страшный сон приснился что ли тебе? - спросила мама Саидваккаса.
-Да, мама, во сне меня казнили на электрическом стуле!Хорошо, что во время казни отключился свет! О, как хорошо жить без электричество!Глянь, мама, как заглядывает луна в наше открытое окно!Как мерцают далекие несметные звезды! Ты слышешь, хор лягушек похожий на шепот?Как они квакают! Кувак! Кувак! Кувак - как - как - как -как -кувак! А как самозабвенно поют сверчки! - сказал Саидваккас, глядя в открытое окно, на котором нежно трепетали прозрачные занавески, вздуваясь на ветру, словно паруса старинного фрегата.
- Да, сынок, слышу. Лягушки бывают горбатыми, пучеглазыми, отвратительными, ну не превлекательными, одним словом.А как они поют под ярко сияющей луной, в тишине! -сказала с восторгом мама Саидваккаса.
Мать и сын задумались, молча глаядя через открытое окно на луну и на далекие синие звезды.




02/05/2018.
9:46 ночи.
Канада, Онтерио.

 



x_15d42282 (604x453, 162Kb)

 

Обновлено (24.09.2020 13:47)