Поиск

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

 

Снова отменяются полеты



Жаль, что одноногие деревья не ходят,
И не играют друг с другом в прятки.
Птицы шумными караванами уходят,
Срок пребивания у них краткий.

Деревья день и ночь мечтают летать,
За синие моря и океаны, на юг.
Для них из тонкой паутины в лесах,
Плетет шелковые парашюты паук.

У осени огромная золотая империя,
Но не за горами снежные метели.
Хорошо, что деревья лишились перья,
И в дальные края не улетели.



01/11/2014.
11:01 ночи.
г.Бремптон, Канада
.

 

 

Ночью в окна дождями она стучит



Природа на рассвете умолкает, молчит,
Потом птичками начинает говорить.
Говорит ласково и никого не огорчит,
Глядя на усталые уличные фонари.

Видно собеседник ей нужен позарез,
Возраст у нее довольно зрелый.
Она даже поет жаворонками на заре,
Заливаясь звонкой трелью.

В полдень на полях, где растет ива,
Серой одинокой кукушкой запоет.
Иногда как далекое детство тоскливо,
Пестрым удодом кого -то позовет.

Ночью в окна дождями она стучит,
Шелестя как на ветру высокая трава.
Вдали лягушачьим хором звучит,
В лунном сумраке ее слова.

О как она шепчет на осенних аллеях,
Рыжим кленовым тихим листопадом.
Когда гроздьями рябина заалеет,
В тополиной роще, рядом.

Шорохом снежинок вздыхает зимой,
Бродя по улицам в фуфайке рваной.
И говорит взглядом словно немой,
На языке молчаливого тумана.

 

21/04/2018.
10:48 дня.
Канада, Онтерио.


В темном сарае



В темном сарае он спичку зажег,
Сгорбилась его огромная тень.
Спичка образуя на пальцах ожог,
Горела словно уходящий день.

Сарай был похож на клетку с пленным,
Даже звезды не глядели из окна.
Бедная спичка во всей вселенной,
Как человечество одинокая, одна.

Чтобы поехать и купить зажигалки,
Далеко до соседнего городка
В заброшенном сарае вид жалкий,
И у спички век ничтожно коротка.

Трепетала она пламенем, сгорая,
Оказывается у нее не короткий век.
Она освещая темного сарая,
Горела целых девяносто лет.



21/04/2018.
7:24 утра.
Канада, Онтерио
.


 

 

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана


"- Ну достаточно, достаточно, Камбалкардон, молодец... Вот видите, господа, какого вундеркинда вы собираетесь приобрести. А вы, уважаемые родители, назовите быстро цену! Сколько просите за вашего ребенка?!


Отец и мать ребенка называли цену.


- Ну вот, почти что бесплатно, давайте, гоните бабки быстрее, господа, покупатели, и забирайте мальчика! Не то родители Камбалкардона передумают - сказал брокер Абу Абдуллатиф ибн Рахматулла, судорожно пожимая руку одному из покупателей. Покупатели хотели было поторговаться, но тут бедный Камбалкардон, крепко обняв ногу своей матери, горько заплакал и начал умолять со слезами на глазах:


- Мама, папа, не пгодавайте меня, пожалуйста, я буду слушаться вас. Буду пгисматгивать за своим бгатиком и не буду ничего бгать из холодильника. С пготянутой гукой буду попгошайничать на автобусных остановках. Потом собганные мелочи буду пгиносить вам, все до последней копейки. Если вы пгодадите меня, то я буду скучать по вас и по моему бгатишке, и по нашей собаке Бобику. Я пгосто умгу от тоски. Я вас люблю папа, мама... Я никогда не буду пгосить вас купить мне могоженое - сказал он, глядя на родителей как на телеграфные столбы с надеждой, глазами полными слез."

 

9 глава из любовной повести Холдора Вулкана "Листопад"

Лесоруб

Султан ехал на своем тракторе по проселочной дороге, думая о красавице Хуршиде, забыв обо всем другом, кроме руля и дороги.

- Какая прекрасная девушка! Какие у неё волосы, какие волосы, Боже мой! Они похожи на вьющиеся водоросли в прозрачной воде на побережье океана, на каком-то тихом атолле! А фигура её? Глаза, губы, гладкий подбородок, лебединая шея и белые нежные руки! Если Хуршида будет участвовать на международном конкурсе красоты, я уверен на сто процентов, что она займет первое место и овладеет титулом "Самая красивая девушка на планете". А интересно, нет ли у Хуршиды парня? Странно, почему об этом я сразу не спросил у нее? Эх, быстрее бы ехала это колымага! Почему время медлит как черепаха с Галапагосских островов? В другие дни солнце быстро поднимается над полями и будит полевых жаворонков, которые самозабвенно заливаются трелью на голодный желудок, а там смотришь - оно уже катится на закат, где жалобно жужжат комары. О, это красавица медленно и безмолвно поднимается словно луна, тихо освещая безлюдные поля моей души, сводя меня с ума! Как теперь я могу спокойно работать и жить без нее? А как звонко она смеется!

С такими раздумьями Султан приехал на поле, где хлопкоробы с утра начали сбор хлопка. Он остановил свой трактор в удобном месте, куда в обеденный перерыв хлопкоробы приносят на взвешивание собранный хлопок в огромных тюках. Сидя в кабине, он сразу нашел взглядом Хуршиду, спрыгнул с кабины и подошел к ней. Они поздоровались.

- Ну, господин бездельник мосье Султан де ла Круа же мопьель Аламизон Женегал тге бьен мегси боку муа , поможете мне собирать хлопок? Вот, возьмите, у меня лишний фартук и наденьте его - весело улыбнулась Хуршида.

- А как же, конечно, помогу, госпожа Хуршидаханум мадам де ла Маркиза ла тумбала неже пасе суа э фасеблу манежа - сказал Султан и надел фартук, так что спереди него образовалась сумка как у кенгуру.

- Ну, как, похож я теперь на кенгуру? - спросил Султан подпрыгивая.

- У кенгуру руки бывают очень короткие а у вас эвон какие длинные. - сказала Хуршида весело и звонко смеясь.

- Да? Вы находите? Тем не менее госпожа княгина Хуршидаханум мадам де ла Маркиза ла тумбала неже пасе суа э фасеблу манежа, вы можете залезть в мой кенгурятник и я вас покатаю по саванне хлопковых полей, совершая двухметровые прыжки - сказал Султан.

Хуршида снова залилась смехом. Так, беседуя, влюбленные начали собирать хлопок.

- Султан-ака, кем вы работали раньше, до того, как сюда приехали? - спросила Хуршида.

-О, это долгая история - начал вспоминать о своем прошлом Султан, не отрываясь от работы и продолжал.

- Я работал раньше гастарбайтером - лесорубом в далекой Tайге. Там мне не платили, то есть я работал добровольцем, как говорится, по зову сердца. Работа была довольно-таки интересная и она мне нравилась. Хуршида, вы когда-нибудь были в Тайге? Нет? Ну, тогда вы вовсе не жили на этом свете. Ох, эта тайга! Как я люблю ее! Знаете, дорогая, ну, ни с чем сравнить запах сосен, которые с жалобным скрипом и с грохотом рушались на землю, пугая лесных птиц и зверей, когда я валил их бензопилой. Как сыпались шишки!Словно сувениры!Ими можно украшать новогоднюю елку.После рубки лес снова стихает, и воздух наполнялся таким запахом свежей коры, что я пьянел от этого аромата! Однажды, поработав на славу, все мы, гастарбайтеры из Средней Азии, сидим у костра, суша свои промокшие портянки и кирзовые сапоги без подошв. А в это время где то там, в далеке начал долбить кору засохшей сосны одинокий дятел, типа "Тррррррр! Тррррррр!". Мы, лесорубы, с особым вниманием прислушивались к романтичному стуку дятла. А дятел то тут, то там, то в другом месте неустанно долбит и долбит засохшую сосну. Дробным звукам его стука вторит эхом дремучая тайга. А костер с треском горит, выбрасывая в воздух оранжевые искры и серым драконом поднимался невероятный дым. Сижу, слушаю этот волшебный дробный звук, создаваемый твёрдым клювом лесного дятла и никак не наслушаюсь. Тут смотрю, горят мои портянки, которые сушились над моими казенными кирзовыми сапогами без подошв.

- Е моё! - дико крикнул я в панике и, резко вскочив с места, начал было тушить портянки руками, но не тут-то было. Пламя перекинулось на мои брючины с многочисленными заплатками. Я, весь в растерянности, бью, значит, руками по горящим брючинам, но увы, локализовать пожар мне так и не удалось. Чем больше я бил, тем страшнее бушевал огонь. Хорошо, что друг мой Турик, ну этот, Таппаров из Тюмени налил воду из ведра мне в сапоги без подошв, в которых горели портянки и - боже мой! - в ведре оказался не вода, а бензин марки А-93 для заправки бензопилы. Как тут вспыхнули ярким пламенем мои сапоги, портянки и брючины! Я кричу и бегу от греха подальше, ругаю этого Турика Таппарова из Тюмени, зазываю на помощь своих земляков гастарбайтеров, которые спали в спальных мешках висячем виде на деревьях, словно летучие мыши в темных пещерах . Вокруг росли зверобои, густая высокая трава в купыри, лопухи, боршевики, донники, папоротники крапивы, ромашки, васильки, незабудки, чертополох, колыхаясь на ветру, словно зеленое море. Как батанический сад, ей Богу. Пламя, естественно, перекинулось на траву, вспыхнул страшный лесной пожар и с треском начала гореть бескрайная тайга.Горящий лес загудел. К счастью, как раз в этот момент, как по заказу, разразились гроза, засверкала молния, раскатами загремел гром, и с шумом хлынул ливневый дождь. Одним словом, свершилось чудо. То есть матушка природа сама бесплатно локализовала лесной пожар, спасая нас вместе с птицами и зверями, и с деревьями от явной гибели. После ливневого дождя я обнаружил сильные ожоги на ногах. Но, несмотря ни на что, я продолжал валить налево и направо вековые сосны и березы с помощью бензопилы.

К вечеру нам пришлось надеть москитные сетки, так как в это время на охоту вышли голодные комары, жужжа и гудя роями как вихрь на поле. Они безжалостно начали кусать нас, впиваясь в открытие участки наших тел с острыми хоботками. Они кусали даже сквозь толстые фуфайки, стремясь полакомиться бесплатной кровью бедных гастарбайтеров из Средней Азии. Кругом были болота, которые представляли собой благоприятную атмосферу для москитов и других семейств гнусных насекомых-кровопивцев. Лежать там, особенно в подвыпившем состоянии, было очень опасно. Эти мелкие на вид безобидные насекомые запросто могут убить пьяного человека, высосав из него всю кровь. Но мы, гастарбайтеры, не доноры и, кровь наша нужна самим. Сядем у костра, надев москитные сетки, и, как только отойдет духота в тайге заметно похолодает. Вот тогда туча крылатых вампиров резко исчезает.

Есть и другие опасности в тайге, такие как волки, медведи и грызуны. От волков, можно как-то спастись, забравшись, скажем, на высокое дерево. Но от медведя бежать бесполезно. Он забирается на дерево не хуже, чем опытный электромонтер, который залезает на электрический столб с помощью железных когтей, чтобы проверить перемычку проводов и заглянуть заодно во двор своей любовницы, чтобы узнать не уехал ли ее муж в командировку. Одним словом, нет спасения от разгневанного косолапого медведя. А мы, гастарбайтеры, умеем спастись от кого угодно, от медведя или голодной стаи полярных волков. Увидев медведя ночью, около нашего лагеря, мы начинали дружно шуметь, ударяя черпаком или кочергой по пустым громыхающим бидонам и вёдрам. Этот огромный зверь, несмотря на свой устрашающий размер, боится шума. Встанет на ноги во весь рост как человек, злобно зарычит и уходит обратно в дремучий лес, прям как на картине великого художника Шишкина.

Я как то лежу в висячем виде в спальном мешке как летучий мыш в темней пещере, луна самозабвенно светит над тайгой, звезды мерцают. И вдруг я уснул, недосчитав звезд даже до четыре тысячи восемьсот пятидесяти семи. Во сне иду я по какому-то базару, там огромная толпа, толкучка, шум и гам. Смотрю, в сторону барахолки бегут люди, окружая плотным кольцом одного типа, который рекламировал что-то громким голосом. Это был некий брокер Абу Абдуллатиф ибн Рахматулла. Он говорил быстро, словно опытный маклер на аукционе.

- Мальчика, значит, хотите приобрести, да? Ну, тогда вам сюда, господа! У нас широкий ассортимент товаров, как говорится, на любой вкус, то есть вот в этих клетках - мальчики, а в этих - девочки. Можете купить и заставить их работать на хлопковых плантациях рабом под свистящим длинным кнутом.Они в возрасте от одного года до десяти лет. Вы можете выбрать. Не беспокойтесь, они не украденные. У каждого из этих товаров есть соответствующие сертификаты, свидетельство о рождении и вот, как раз, их родители тоже стоят здесь. Они готовы вступить с вами в торг. Не забудьте, господа покупатели, что самых дешевых детей в мире вы найдете только у нас. Почти бесплатно! Таких продавцов, как эти родители, такого товара, как эти дети и такого и честного брокера, как я, вы нигде больше не встретите! Например, я бы предложил вам вот этого мальчика Камбалкардона. Он у нас очень умный и послушный... С этими словами брокер Абу Абдуллатиф ибн Рахматулла торжественно открыл дверцу клетки, чтобы выпустить ребенка наружу.

- Давай, выходи, Камбалкардон, за тобой пришли покупатели... - сказал он, помогая ребенку выйти из тесной клетки с помощью палки. Ребенок на четвереньках вышел из клетки. Брокер Абу Абдуллатиф ибн Рахматулла продолжал:

-Ну-ка, Камбалкардон, продемонстрируй нам быстренько свое искусство. Что ты умеешь делать? Может, прочитаешь нам стихи Александра Сергеевича Пушкина?

- Я умею считать до ста - ответил ребенок, хвастаясь, и начал бойко считать: - один, два, тги...

- Ну достаточно, достаточно, Камбалкардон, молодец... Вот видите, господа, какого вундеркинда вы собираетесь приобрести. А вы, уважаемые родители, назовите быстро цену! Сколько просите за вашего ребенка?!

Отец и мать ребенка называли цену.

- Ну вот, почти что бесплатно, давайте, гоните бабки быстрее, господа, покупатели, и забирайте мальчика! Не то родители Камбалкардона передумают - сказал брокер Абу Абдуллатиф ибн Рахматулла, судорожно пожимая руку одному из покупателей. Покупатели хотели было поторговаться, но тут бедный Камбалкардон, крепко обняв ногу своей матери, горько заплакал и начал умолять со слезами на глазах:

- Мама, папа, не пгодавайте меня, пожалуйста, я буду слушаться вас. Буду пгисматгивать за своим бгатиком и не буду ничего бгать из холодильника. С пготянутой гукой буду попгошайничать на автобусных остановках. Потом собганные мелочи буду пгиносить вам, все до последней копейки. Если вы пгодадите меня, то я буду скучать по вас и по моему бгатишке, и по нашей собаке Бобику. Я пгосто умгу от тоски. Я вас люблю папа, мама... Я никогда не буду пгосить вас купить мне могоженое - сказал он, глядя на родителей как на телеграфные столбы с надеждой, глазами полными слез.

Тем временем начался торг.

- Товарищ брокер, вы говорите ребенок почти бесплатный, а родители Камбалкардона называют такую цену, за которую можно купить сотню детей вместе с детским садиком. К тому же ребенок этот - косой и картавый. Пусть родители Камбалкардона сделают скидку на косые глаза ребенка и за картавость тоже - сказал один из покупателей, недовольно глядя на мальчика.

- Ну, господа покупатели. Какой он косой? Он просто боится вас. А что касается его картавости, то это признак гениальности. Многие знаменитые люди были кортавыми.Например Владимир Ленин.Тут такая низкая цена, а она вас не устаревает. На самом деле дети бесценны! Древние мудрецы так говорили! Я знаю многих богатых людей, которые за то, чтобы их жены забеременели и родили, готовы истратить все свои сбережения, золото и бриллианты, которые они хранят в швейцарских банках тоннами! Дети это... Тут брокер Абу Абдуллатиф ибн Рахматуллу перебил другой покупатель:

- Да, не надо, нам лекцию читать, господин брокер. Мы купим Камбалкардона за полцены. Если нет, то мы уйдем - сказал он решительно.

- Ну, теперь слово за вами, дорогие родители Камбалкардона. Не упустите исторический шанс. Между прочим, они назвали хорошую цену - обратился брокер Абу Абдуллатиф ибн Рахматулла к родителям Камбалкардона, пожимая руку отца ребенка.

- Ну, ладно уж, пусть забирают ребенка, мы согласны. Давай, Камбалкардон, иди к ним и не суетись. Тебе не придётся присматривать за братишкой. Потому что завтра мы его тоже продадим. Потом собаку. А из пустого холодильника тебе просто не придётся брать ничего потому что, даже если ты найдешь ключ от висячего замка и откроешь холодильник, ты в нём ничего съедобного не найдёшь, там ничего нет и, скорее всего, не будет в ближайшие годы. После того, как мы пропьем твоего братишку и твоего Бобика, будь спокоен, доберемся и до холодильника. То есть, его тоже продадим на барахолке. Ты, Камбалкардон, пойми нас правильно. Нам нужны деньги на выпивку, понимаешь? Мы без выпивки как космонавт без воздуха в открытом космосе, как рыба без воды. Только спиртное может расширить наши жилки в организмах, и мы успокоимся на время. А что касается тех денег, которые ты намериваешься собирать, попрошайничая на автобусных остановках, я скажу тебе по секрету, как бывший экономист, что это не реальный доход. Поверь мне, Камбалкардон. Тем более, той мелочи, которую ты будешь собирать неделями, не хватит не то, что на бутылку водки, но и даже на закуску. Кроме того, там есть милиционеры - рекетёры, которые крышуют местных попрошаек за определенную сумму денег. А еще там рыщут голодные налоговики, которые могут отобрать у тебя всю мелоч за то, что ты не платил государственные налоги. Так что, ступай, как говорится, с Богом и, не плачь как женщина, которую поколотил муж-алкаголик - сказал отец Камбалкардона.

Покупатели, вновь и вновь, пересчитывая мятые и грязные купюры, передавали их родителям Камбалкардона. Бедный Камбалкардон не хотел расставаться с родителями и, ухватившись за подол юбки мамы, он всё продолжал умолять о том, чтобы его не продавали. А отец и мама Камбалкардона жадно пересчитывали полученные за него деньги. Отец Камбалкардона даже проверял купюры, выставляя их на свет солнечных лучей и говорил:

- Вы не удивляйтесь, господа покупатели. Сейчас такое время, что никому нельзя доверять. Кругом ходят фальшивомонетчики с огромными чемоданами в руках, напичканными фальшивыми купюрами различных достоинств... Ну, вот, полюбуйтесь.., вы засунули в пачку рваную и отвратительную купюру, которую склеили скотчем. Поменяйте их на целые. А на эту купюру шариковыми ручками написаны нецензурные слова. А на обратной стороне? Ну вот... тоже написано что-то не разборчиво... Какие нехорошие слова! А тут даже нарисовали половой орган ишака... Какая гадость...Тфу мля! Поменяйте это тоже. Остальные купюры вроде нормальные - сказал отец Камбалкардона. Покупатели ребенка поменяли купюры и забрали живой товар вместе с клеткой, напоминающей чемодан сталинских времён. Камбалкардон бился и плакал, стараясь улизнуть от рук покупателей, но этого ему не удалось. Сильные и надежные руки крепко схватили его и, впихнув обратно в клетку, собрались уходить. Камбалкардон всё плакал, тряся железными прутьями клетки, как маленькая макака в зоопарке. Между тем, когда родители Камбалкардона пересчитывали полученные деньги от покупателей, те стали уходить. Брокер Абу Абдуллатиф ибн Рахматулла остановил покупателей и сказал:

- Господа, куда спешим? А моя доля? Гоните долю, которую я заработал честным трудом. Так нельзя. Ведь я должен сдать выручку в бухгалтерию нашего базара, а бухгалтер, в свою очередь, должен отчитаться перед высшем руководством о том, сколько сегодня умных и талантливых детей продано и на какую сумму.То есть у нас есть соответствующий годовой план, который мы должны выполнить, не смотря не на что. Иначе базарком выгонит нас в шею с работы. И что тогда? Как мне прокормить своих любимых детей? Я, между прочим, не хочу продавать своих детей здесь даже тогда, когда заставит меня нужда!

Покупатели, извинившись, отдали его брокерскую долю, и ушли из базара. Брокер абу Абдуллатиф ибн Рахматулла подошел к продавцам своего ребенка.

- Ну, родители проданного Камбалкардона, когда вы намериваетесь заплатить за мои брокерские услуги? - сказал он.

Родители бедного Камбалкардона тоже отдали его долю и ушли с довольной улыбкой на устах в сторону винно-водочного магазина.

Тут я проснулся в висячем спальном мешке. Но друзья мои, то есть гатарбайтеры из солнечной Средней Азии все еще спали крепким сном. Над моим висячим спальным мешком мерцали далекие звезды, и над бескрайней Тайгой бродила одинокая луна.

-Ну, Султан-ака! Слушая ваши рассказы, не знаю, смеяться мне или плакать. Какие смешные истории и ужасные сны! - восхищённо сказала Хуршида.

- Да -сказал Султан и продолжал. - Теперь извольте задать вам один деликатный вопрос, госпожа Хуршидаханум мадам де ла Маркиза ла тумбала неже пасе суа э фасеблу манеже - скзал Султан и, не дожидаясь ответа, продолжал:

- Я, конечно, прошу прошения за то, что задаю вам иногда глупые вопросы, как неопытный следователь в следственном изоляторе. Это от того, что я вас люблю, и без вас я не могу жить не только на этом свете, но и даже в раю. Ну, посудите сами, если я начинаю тосковать по вас спустя несколько минут после того, как мы расстаёмся, как же я могу жить без вас в раю, где люди живут вечно? Я так вас люблю, что, когда увижу вас, я тут же замираю на миг словно стена, словно человек на фотографии. Ответьте мне честно и прямо -у вас парень есть или нет? Успокойте душу бедного механизатора, который безумно любит вас. Неужели вам трудно произнести два коротких слова - да или нет?

Выслушав Султана, Хуршида снова покраснела. Она старалась не смотреть в глаза Султана, который ждал ответа от нее на свой трудный пытливый вопрос. Наконец, Хуршида заговорила:

- Знаете, вы задаете мне очень трудные вопросы. Ну, что же, Султан-ака, раз вы настаиваете, то мне придется всё-таки ответить на этот вопрос. Только обещайте, что вы не обидетесь - сказала Хуршида, опустив глаза.

- Обещаю. Слово мужика - сказал Султан, приготовившись слушать.

- Даже не знаю как вам сказать...Ну, если коротко, то... да , то есть... у меня есть парень - призналась Хуршида. От этих слов Султан содрогнулся, побледнел лицом от чувства ревности и бессилия.

Да? - произнёс он с трудом, так как у него пересохло в горле. Хотя Султан был достаточно крепким и сильным парнем, но тут он присел от бессилия на большой тюк хлопка.

- Да - сказала Хуршида.

- А кто он? - спросил Султан.

-Я боюсь сказать. Он такой красивый, сильный, умный - Хуршида начала перечислять положительные стороны своего возлюбленного парня.

- Ну, что вы режете меня без ножа. Ну... в общем, ясно. Значит, есть все-таки у вас парень. Ну что же, жаль, конечно, что вышло так. Ладно прощайте тогда, я пожалуй уйду, чтобы не мешать вам. Огуа, госпожа Хуршидаханум мадмуазель де ла Маркиза ла тумбала неже пасе суа э фасеблу манеже, огуа - сказал Султан и поднявшись, собрался уходит. Но тут ее удержала Хуршида и сказала.

- Это вы! То есть нету у меня парня, кроме вас, Султан-ака! - сказала Хуршида улыбаясь и покраснея.

-Да?! - спросил Султан тараща глаза.

- Да - тихо, почти с шепотом ответила Хуршида.

Султан от радости хотел было кричать на всё поле, что он самый счастливый человек в мире, но Хуршида закрыла ему рот ладонью своей нежной руки. Султан обнял свою возлюбленную девушку крепко и поцеловал ей в губы, в глаза, в шею...

- Ура! - сказал он, глядя в красивые глаза Хуршиды. А она всё улыбалась сквозь слезы.


eb23ebae4e2f0a5747a3836a73a792433eb756231883193 (700x510, 39Kb)

 

 

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

Волны как дни приходят и уходят



Изумрудно -зеленые шелковистые волны,
Приходят и уходят обратно в море.
И покрасневшие глаза заката больно,
Похожи на твои заплаканные взоры.

Соленая как слезы морская вода,
Колыбели волн короблей качают.
Расстаются как мы и прощаются суда,
И крикливо друг друга встречают.

Они плачут, гудят и с ума сходят,
Разбудив тишину, развеивая сны.
Шелестящие волны приходят и уходят,
Как разлукой пропитанные дни.



20/04/2018.
9:35 утра.
Канада, онтерио.


Осенняя дорога


Сиротливо танцуют на дороге листья,
Их беспамятство никому не вредит.
Деревья возвращают золотом чистым,
Полученный зеленый кредит.

Как будто на закате пылают камыши,
Которые на берегу подожгли дети.
Листопад шепотом плачет в тиши,
О том, что рощи и леса раздеты.

Летят как из костра алые искры,
Сухие листья осенних лесов.
Их полет задумчивый, не быстрый,
А калитка твоя закрыта на засов.


19/04/2018.
6:09 вечера.
Канада, Онтерио.



Человек в тумане



Я живу один в гостинице, "Туманный",
В огромном номере пустом.
Сплю на облачном мягком диване,
В домашнем тихом тумане густом.

Туман любит по вершинам ползти,
Как человек счастливый и богатый.
На вершинах белые снежные холсты,
Варенье из малины варят закаты.

Мое ремесло и промысел -слово,
Никогда с вершины не спущусь к вам.
Даже тогда, когда от раскатистого грома,
Вершины трещат по швам!

В этом тумане тишина снежная,
Здесь моя Родина, мой край далекий.
Пусть не рассеивается эта безбрежная,
Космическая туманность во веки!



19/03/2014.
11/02 ночи.
г.Бремптон, Канада.

 


Грусть



Ветер опавшие листья кружит,
Свистит, увядшую траву теребя.
Клены с удивлением глядят в лужи,
С трудом узнавая себя.

Их пожелтевшие рукописи листая,
Осень неустанно ворошить.
Вдали скворцов обезумевшая стая,
Как ветром снесенный парашют.

Под ногами сухих листьев хруст,
Ты выйдешь во двор за дровами.
И смотришь долго с грустью,
На улетающие гусиные караваны.



18/04/2018.
6:05 вечера.
Канада, Онтерио.


Над лугом клубятся ленивые туманы



Мне не нужно идти далеко, господа,
Чудеса рядом, в осенних лесах.
В речке покоется задумчивая вода,
Здесь даже листья умеют плесать.

Осень дождями плачет и рыдает,
В желтый платок, дырявый и рваный.
Журавлиная стая крикливо улетает,
Над лугом клубятся ленивые туманы.

Там пасутся, колокольчиками звеня,
Дружно и мирно безобидные коровы.
Так печально гудя не зовите вы меня,
В дождливой реке далекие паромы!



16/04/2018.
4:44 дня.
Канада, Онтерио.


Опадают листья как грустные слова



Бродит по рощам золотая чума,
Какой кризис, Боже, о какой крах!
Разносили ветры, сходя с ума,
Одуванчика в пух и прах.

В волшебном костре без дыма горя,
День за днем редеет ясень.
Ветрами багровый календарь октября,
Разорвала в клочья осень.

Опадают листья как грустные слова,
Которые осень выучила наизусть.
Плачет и дрожит придорожная трава,
Парк туманный и пуст.

Траву не отличишь от шерсти лисиц,
Облетают дубравы рощи и леса.
Смотрит на стаи улетающих птиц,
Осень хитрая рыжая лиса.



16/04/2018.
9:22 утра.
Канада, Онтерио.


Любовь



Там берег для тебя плетет венок,
В зеркальной дельте из кувшинок и лилий.
Ушли дни, которые удержать я не смог.
Они как паромы по реке уплыли.

Снова, в сумраке через цветущие луга,
Одиноко к дельте реки я иду.
За полями костер гигантский угас,
Пылающий закат, я имею в виду.

Поднимаешься тихо, словно во сне,
Над горизонтом без ступени лесниц.
О лысая луна, ты нравишься мне,
Даже без брови и ресниц!



14/04/2018.
1:10 дня.
Канада, Онтерио.

 


Ветер гуляет на улице пустой



Разноцветные пазлы разбрасывала осень,
Чтобы дворник не смог их сложить.
А голым деревьям холодно очень,
Увядшая трава на ветру дрожит.

День тоже какой то сиротливый, серый,
Прохожие молча как призраки идут.
Перелетные птицы давно улетели,
Деревья зимы с ужасом ждут.

Оставаясь совершенно голыми сами,
Они укрыли траву опавшей листвой.
Задумчивый пейзаж за оконной рамой,
Ветер гуляет на улице пустой.



14/04/2018.
10:51 дня.
Канада, Онтерио.

 

 

 

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

Пока картина не ушла с молотка



Тихо облетают деревья в парках,
В дубравах в рощах и в лесах.
В хороводе опавших листьев ярких,
Деревьям хочется плясать.

Пламя заката отражается в глазах,
Будто в топке горят поленья.
Журавлиная стая не вернется назад,
Даже если просишь на коленях.

А я все брожу по лесам с корзиной,
Жизнь человека как миг коротка.
Я полюбуюсь осенней картиной,
Пока она не ушла с молотка.



12/04/2018.
11:19 дня.
Канада, Онтерио.


Заплаканные глаза дождливых дней



Уж безнадежно пожелтели листья,
И надоело им на ветвях висеть.
Не стоит на ветер и на дождь злиться,
Деревья обречены лысеть.

Разлуки алые рябиновые раны,
Только дождь осенний залечит.
Плачут витринами кофе и рестораны,
При свечах о нашей встечи.

Обятия свои распахивает скрипя,
Заржавелая старая калитка.
Дождь все льет и льет как из ведра,
Чтобы я промок до нитки.

Деревья стоят, наготу свою не тая,
Как одичалая толпа дикарей.
Не дождь стучит в твои окна, это я,
Открой дверь, милая скорей!

Шумит ниагарским водопадом дождь,
Цветы колышутся, на ветру дрожа.
О как эти дождливые дни похожи,
На твои заплаканные глаза.



12/04/2018.
9:25 утра.
Канада, Онтерио.


Кошка играла нитками как на арфе



Заброшенный хутор, дорога на краю,
Тропинки заросшие высокой травой.
Иногда по ночам под луной как в раю,
Заливается здесь трелью соловей.

Совсем недавно в хижине худая,
Молчаливая старуха ютилась одна.
С тоской на безлюдную дорогу, седая,
Глядела задумчиво из окна.

Ходила она тихо по опустелому двору,
Тоскуя по своим детям и внукам.
Нарушал тишину в затуманенном бору,
Дятел дальный дробным звуком.

Рубила дрова старуха в чулане,
Пыхтя из колодца воду тоскала.
По вечерам в густом сиреновом тумане,
Козу свою долго искала.

В свете керосинки вязала она шарфы,
Из пряжи морщынистой рукой.
Кошка играла нитками как на арфе,
Кричали петухи по утрам за рекой.

Просыпались птицы рано на рассвете,
И рябина заглядывала в окошко.
На похороны старухи не приехали дети,
Одичала ее бедная кошка.



10/04/2018.
10:22 ночи.
Канада, Онтерио.

 


Пока еще не видны небосвода кишки



Луна так освещает мглу в тиши,
Что газету в ней можно читать.
В такую ночь и нелетучие мыши,
Мечтают безмолвно летать.

Лететь, пока гудят как метели,
Роями кровожадные комары.
Пока от потери крови не загрустели,
Бледные уличные фонари.

Пока над затуманенным лугом,
Не поднялась задумчивая заря.
И над полями, вспаханными плугом,
Далекие звезды горят.

Покуда солнце дремлет за горами,
Пока не положили звезды в мешки,
Пока не появились рубцы и шрамы,
И не видны небосвода кишки...



07/04/2018.
8:42 утра.
Канада, Онтерио.


Танец опавших листьев у ворот



На ступенках осени золотых лесниц,
Опавших багровых листьев ворох.
Осень сомкнула рыжие ресницы,
Слушая рощи задумчивый шорох.

Вздуваясь как паруса древных кораблей,
Сгущаются тучи, предвещая осадки.
Прощайте, о крикливые серые журавли,
Я желаю вам мягкой посадки.

Ветер, ты давно так печально не пел,
Воробьи стаями прячутся в кусты.
Гудят деревья и в ожидании метели,
Опустели луга, дороги пусты.

Еще не угасли светильники лилий,
В затонах журавлями покинутых болот.
Впиваюсь взглядом в простор синий,
Танец опавших листьев у ворот.



06/04/2018.
4:21 дня.
Канада, Онтерио.

 


Зимняя прогулка



Вот, четвероногий друг мой верный,
Снова метель задумчиво метет.
Кружит хлопьями снег первый,
Это снежинки белые цветут.

Этот снег кому то последный,
Седеет сильно январь молодой.
Который недавно родился бедный,
С длинной бородой.

Снежинки как пепел кремоторий,
Бродим на берегу с тобой без ружья.
Плачут чайки как женщины, которые,
Колотят мужья.



06/04/2018.
6:58 утра.
Канада, Онтерио.



Время капает из капельницы часов



Жала свои точат звезды в вышине,
Словно несметные голодные комары.
В безлюдной и полуночной тишине,
Загрустели усталые фонари.

Ты подобно литературному фанату,
Пришла, освещая просторы синие.
Идя как канатаходка по тонкому канату,
Проводов воздушных линий.

А время из капельницы часов капает,
И тявкает дворняга, цепями звеня.
О луна, бросая квадрат свой на пол,
Так печально не смотри на меня!



05/04/2018.
11:11 дня.
Канада, Онтерио.



Трава под дудки ветра пляшет



Еще один день жизни миновал,
Уходит он тихо, ни на кого не злясь.
На осеннем закате рыжий сеновал,
В рощах листьев опавших пляс.

Будто освободясь из золотой клетки,
Кружились птицы над равниной.
И улетели туда, где пальмовые ветки,
Зеленеют как хвост павлина.

Поезд свистит, наверно ему сильно,
Надоело по рельсам бежать.
Когда в окрестности пустея пыльно,
Асфальтированные дороги лежат.

Вдали чернеют еловые урманы,
Зашторил синий занавес вечер.
И в мои пустые дырявые карманы,
Поселился бездомный ветер.

Пускай небо луну в тучи прячет,
Я пойду туда, куда глаза глядят.
Где трава под дудки ветра пляшет,
И далекие лягушки сонно бредят.



04/04/2918.
11:11 ночи.
Канада, Онтерио.

 


Душа плачет как на ветру трава



Опадают с кленов золотые заплатки,
Как на новую одежду на чистый асфальт.
Чтобы он видел сны сладкие,
И отдохнул в тишине, поспал.

Тот же дождь мелкий и дорога та же,
По которой мы шли когда то пешком.
Шли без зонтика, не укрываясь даже,
Полиэтиленовым мешком.

Ты сказала шепча в унисон с дождём,
Прощаясь со мной, стоя у порога:
Мол когда мы с тобой вместе идем,
Так быстро заканчивается дорога...

Каждый шорох листвы я четко уловлю,
Деревья дорогу листвой осыпают.
Будто под храпом высоких журавлей,
Усталая осень засыпает.

Теперь часто думаю о тебе и много,
Вспоминаю твои грустные слова.
И мне бесконечной кажется дорога,
Душа плачет как на ветру трава.



04/04/2018.
1:06 дня.
Канада, Онтерио.



Замороженная осень



Зима белый огромный накомарник,
Рой комаров встревоженный очень.
Может эта не зима седая и коварная,
А замороженная осень?

Голые прутики как сабли торчат,
В саду из снежного сугроба.
И рыдают озябшие ветры, ворчат,
Как близкие усопшего у гроба.

Снежинки как мысли о Боге чисты,
Летят во мгле, играют в прятки.
Лети по улицам, о вьюга свисти,
Вытащив изо рта кляп из тряпки!

Пускай во мгле, в сумраке ночном,
Позёмка белая по улицам бежит.
И снежные хлопья кружатся за окном,
Где дорога белой скатертью лежит.



03/04/2018.
7:00 вечера.
Канада, Онтерио.


Опустели луга тропинки и дороги



Из непрочной тонкой паутины кедры,
Для птиц перелетных петли плетут.
Ворошат листья от скуки ветры,
В садах хризантемы цветут.

Опустели луга тропинки и дороги,
Где переливают молоко туманы.
Дворник собирает с деревьев налоги,
Несговорчивый злой и пьяный.

Осень высокомерная богатая мадам,
Проходит мимо нас словно дни.
И я ей глупые вопросы не задам,
Она не любит спонсорство и книг.

Под листопадом она молча уходит,
Не реагируя на просьбы никак.
В туманном сумраке одиноко бродит,
С уличным фонарем в руках.



02/04/2018.
11:59 дня.
Канада, Онтерио.



Осень танцует в горящем платье



В осеннем пожаре рябины и клены,
Полыхают в рощах, горят.
На ноль один никто не звонит,
Не приезжает пожарный наряд.

Хор неперелетных птиц не шумит,
В горящих садах парках и аллеях.
Город словно осаждённый дымит,
Костры в бульварах тлеют.

На огне листьев взгляды зажарив,
Сходили с ума лохматые поэты.
Вместо того, чтобы потушить пожары,
Они пишут под луной сонеты.

Горят деревья как сестры и братья,
Пожар ветра волнует не очень.
Ловко, на цыпочках, в горящем платье,
Танцует сумасшедшая осень.



01/04/2018.
8:57 утра.
Канада, Онтерио.


 

Подробнее...

 

Холдор Вулкан

Член Союза писателей Узбекистана

Поцелуи в осеннем тумане



В осенней тишине по увядшим лугам,
Туманы глухие как цыганы кочуют.
Клубятся на полях, вспаханных плугом,
Там они и ночуют.

Ползут по опустелым улицам рекой,
Где грустят задумчивые фонари.
Им нужна тишина, одиночество покой,
Где не плачут голодные комары.

Брожу я по парку, тишине внемля,
Одиноко, словно гость незваный.
Слышу, как шепотом листопад и земля,
Целуются в тумане.



09/03/2018.
10:47 дня.
Канада, Онтерио.


Залатанная вода



Шепотом причитая в рощах и садах,
Рыжий листопад тихо заплакал.
В кого то влюбленная без памяти вода,
Вся в золотых заплатках.

С удивлением рыжие клены и березы,
Взглядывают в зеркало реки.
Осенние воды прозрачны как слезы,
Печальные гудки парома вдалеке.

Одинокому рыбаку не мешают комари,
В глазах осени томительная тоска.
Смотрят на свои отражения фонари,
Как люди, с высокого моста.



08/03/2018.
10:00 дня.
Канада, Онтерио.


Ты прости непутевого поэта, Боже!



Воздух после дождя свежый и чист,
И солнце медленно к закату катилось.
В промокшем саду птичий свист,
Тишина и покой душе захотелось.

Отражались тихие предзакатные лучи,
В стеклах старых оконных рам.
Слышу в тишине журчание ручья,
Шум воробьиный, неугомонный гам.

Ты прости непутевого поэта, Боже,
За то, что я пряча в воротник улыбку,
Подглядывал тайно через зеркало лужи,
Прохожим женщинам под юбки...

Шептал я, глядя в небо, как на полотно,
И с моей тенью мы остались одни.
Один за другим загорели в окнах,
Вечерние огни.



07/03/2018.
6:04 вечера.
Канада, Онтерио.


А у нас за окнами октябрь шумит



Может там рощи шумят водопадом,
Утопает в зелени деревня моя.
Где в лугах бабочки порхали рядом,
И глядел я на них, дыханье тая.

С удочкой в руках смуглый и тощий,
Там мое детство через поле идет.
Вдали за рекой, в урюковой роще,
Печально плачет одинокий удод.

С полей на закате ворочусь я домой,
На велосипеде старом и простом.
Мой "алабай" встречает попрежнему живой,
Меня у калитки, виляя хвостом.

Потом луна над полем поднимается сонно,
Лениво, словно с мягкой постели.
Запоют сверчки под луной монотонно,
В садах, где вишни поспели.

Дороги и тропинки хлопковых полей,
Бледным лунным светом залиты.
Бродяга ветер как листопады аллей,
Грустным шепотом читает молитв...

А у нас за окнами октябрь шумит,
Дождей холодные серебряные арфы.
Прохожие толпой, молчаливо идут,
Заматывая на шеи шарфы.

Переполняя криками туманные небеса,
Крикливо тянутся к югу журавли.
Деревья как мачты, а холмы и леса,
Тонут в туманы как в море корабли.

Махают журавли крыльями словно,
Створками скрипучих и ржавых ворот.
Летят они клином ровно и плавно,
Покидая родные просторы болот.

Провожая журавлиные караваны, какраз,
С грустью тихо вздыхают люди.
Уходят крикливыми караванами от нас,
В пустыню небес крылатые верблюды.



07/03/2018.
10:46 дня.
Канада, Онтерио.


Начало зимы



Ползя бесшумно, укутывая мир,
Чего вы все курите и курите, туманы?
У вас легкие как голландский сыр,
Дырявые наверно и рваные?

Там ветер пьяный шатается по дороге,
Свистит лениво, осоловел.
Плачет лысый одуванчик недотрога,
Ветер его гладил по голове.

Теперь вот, валит снег первый,
Снежинки, вы словно злые комары.
Чего вы кусаете их как стервы,
Что вам плохого сделали фонари?



05/03/2018.
6:04 вечера.
Канада, Онтерио.


 

Стреляли солдаты в бутылки



На полигоне поднимая облака пыли,
Солдаты стреляли в бутылки.
Сотни бутылок вдребезги разбили,
Превращая их в опилки.

Теперь солдатам вовсе не спится,
Едут они на войну, в горячие точки.
Все молчаливые как в клетке птицы,
Движутся танки цепочкой.

Позади просторы горные вершины,
Луга, где цветут незабудки и васильки.
Едут солдаты в кузове машины,
Как в ящике пустые бутылки.



20/10/2015.
10:04 ночи.
Канада.




Ты утонула в теплые моря



Мы встретились, и ты что то сказала,
Поздороваясь со мной, слегка дрожа.
И знаешь, тогда мне даже казалось,
Что ты утонула в мои глаза.

Гости пили и пели в пьяном хоре,
А ты канула как луна в пруды.
Двигалась нежно, как медуза в море,
Пульсируя словно сердце в груди.

Эти теплые моря не замерзают зимой,
Здесь не убивают дельфинов палкой.
В моих глазах ты плыви под луной,
Как в бескрайном море русалка.



05/03/2018.
11:02 дня.
Канада, Онтерио
.


Вечернее затишье




Сверчки в сумраке монотонно свистят,
Как полицейские шестидесятых годов.
Звезды сквозь ветки деревьев блестят,
Словно светлячки райских садов.

Далекая дельта лягушками храпит,
На высокой траве роса недотрога.
На ромашке бабочка усталая спит,
Как поцелуй Всемогущего Бога.

Сияет луна, ослепляя мне глаза,
Звезды -незабудки не скошенные косой.
Колышется трава на ветру, и дрожа,
Кропит землю вечерной росой.



05/03/2018.
8:11 утра.
Канада Онтерио.


eb23ebae4e2f0a5747a3836a73a792433eb756231883193 (700x510, 39Kb)

 

Подробнее...

 
Еще статьи...