Поиск

 

Холдор  Вулкан

8  - глава  из  романа  "Юлгун"


Письмо  сапожника

 

Летним  утром  Фарида,  как  всегда  отправилась торговать вразнос рисом.

Она  носила  тяжелые  сумки,  думая,  а  вдруг  кто-то  захочет  купить  рис  оптом. Но,  к  сожалению,  это  не  происходило. Фарида, боялась  злых  людей,  которые  ругали  её,  когда  она  громко оповещала   о  том,  что  привезла  продать   рис по цене  ниже рыночной. Она  просто  вынуждена была кричать,  так как,  во-первых,  ей было тяжело подниматься с  сумками  в  руках  по  лестнице  на  верхние  этажи  домов,  у которых  не было лифта. Во-вторых,  ходить  и  торговать,  стуча  в  двери  квартир,  как  попрошайка,  ей  тоже  было  неловко.

Фарида  шла,   пыхтя  как  герой  мультфильма  Винни-Пух,  и  когда  она приблизилась  к  вагончику  сапожника  Гурракалона, сердце  её  начало  таять как  украинский  сахар-рафинад в  горячем  чае. Она  покраснела. Ей  очень  хотелась  увидеться с  башмачником  Гурракалоном. Она  в  душе  чувствовала невосполнимую  потребность в этом. Да,  она  впервые  в  своей  жизни  по-настоящему  полюбила  мужчину. Как  религиозная  женщина, она понимала,  что  это  грех,  и  поэтому  изо всех сил  старалась  забыть  этого  человека,  но  не могла. Она  поневоле  везде  и всегда думала  о  нем и  постоянно переживала   сладкие  муки прекрасных чувств.  Даже  во   сне. Она  поняла,  что  не  может  больше  жить  без  него. Она  влюбилась! Фарида  специально  шла    мимо  вагончика,  где  находится  ремонтная  мастерская  доброго веселого  башмачника  Гурракалона  и  кричала  громко:

- Кому   рис! Есть  отменный рис девзира! Продам  недорого! Налетай,  народ - свой  огород!..

Она  кричала,  и  от  волнения у неё ускорилось  её  сердцебиение. Ей казалось, что   сапожник  Гурркалон, услышав  её  голос,    выйдет из  вагончика  с  улыбкой  на  устах  как  солнце  после  дождя,  наполняя  мир  светом  и   ослепляя  глаза  Фариды. Но  из  вагона  никто  не  вышел. У  Фариды  екнуло  сердце. Она подумала, что добрый  и  веселый  башмачник  либо  уехал  в  свой  кишлак,  либо  забыл  о  ней. А  может...  Может  он  заболел?.. С такими  тревожными  мыслями  Фарида  быстро  направилась  в  сторону  вагончика.  Подойдя  к  вагончику,  она  сначала  заглянула  в  окно  мастерской,  в  надежде  увидеть  башмачника. Но  вместо  башмачника  она  увидела  другого  человека,  вернее  парня,  который,  сидя  на  табуретке,   усердно  шил  с  помощью  кривых  игл  и  шила   порванное  голенище  сношенного  кирзового  сапога. Фарида  постучала  в  окно  вагончика,  и  парень  повернулся  лицом  к  окну. Потом  вышел  из  вагончика:

- Здравствуйте,  тетя. Вы  ко мне? Обувь  что ли  принесли  на  ремонт? Заходите,  не  стесняйтесь – сказал  он.

– Да,  нет. Понимаете...  Как  вам  объяснить...  А  где  Гурркалон-ака,  который  работал  здесь?.. – спросила  Фарида.

–  А,  простите,  тетя,  кто  вы... Не  Фарида-апа  ли?..

Услышав  это,  Фарида  на  миг  замерла  от  удивления  и,  взяв  себя  в  руки,  сказала:

-  Да,  мое  имя  Фарида,  фамилия  моя  Ултанова,  и  я  случайная  знакомая  Гурракалон-аки. Он  иногда  покупал  у  меня  рис  и  кислое  молоко. А  что  случилось?

– Вот  наконец-то  Вы  пришли. Дело  в  том,  что  мой  мастер... Простите,  паспорт  у Вас  есть  при  себе? – сказал  парень  неожиданно.

– Есть,  конечно,  вот,  можете  посмотреть.

Фарида  показала  парню  свой  паспорт  и  спросила  нетерпеливо:

- А  что  случилось?  Говорите  же  быстрей. Гурркалон– ака заболел  что  ли? – спросила  Фарида.

Убедившись  в  том,  что  она  на  самом  деле  та  Фарида,  про которую говорил его мастер,  парень  продолжил  разговор,  оглядываясь  вокруг.

– Да,  вы  угадали,  тетя.  Мой  мастер  лежит  в  больнице,  но  его  положение  стабильное,  то  есть  жизнь  моего  мастера,  слава  Богу,  вне  опасности. Он  велел  передать  Вам  вот  это  письмо – сказал  парень,  вытаскивая  из  кармана  брюк письмо  Гурракалона,  предназначенное  Фариде. Фарида   с  волнением  взяла  письмо  Гурркалона  из  рук  парня  и  спросила  у  него  адрес  больницы,  где  лежит  башмачник. Парень  написал  на  клочке  бумаги  адрес  больницы,  где  лечится  его  мастер  сапожник  Гурракалон. Потом,  попрощавшись,  закрыл  дверь  вагона.  Фарида,  подняв  тяжелые  сумки  с  рисом,  подошла  к  скамейке  и,  сев  на  неё,  начала  читать  письмо.

Саламнама


Здравствуйте,  моя  возлюбленная,  несравненная  Фарида!

Я  знаю  и  верю,  что  Вы  обязательно  придете  и  прочтете  это  письмо. Aх, если  бы  Вы  знали,  как  я  Вас  люблю,  как  я  Вас  люблю-уу-уу-уу! Я  полюбил  Вас  в  тот  день,  когда    покупал  у  Вас  рис  и  кислое  молоко. С  тех  пор,  где  бы  я  не  находился,  думал  и  думаю  только  о  Вас  денно  и  нощно! Вы  снитесь  мне  по  ночам,  и  в  моих  снах  мы с  Вами,  держась  за  руки,   счастливо ходим  вместе по полям,  где  колышется  ковыль  на  ветру  как  волны  в  море.  Мы  шагаем  по  лунному  полю  вдвоем,  где  ни  души,  кроме  нас,  разве  что  луна,  которая  бродит  одна  над  полями,  над  оврагами  тихо  освещая  берега. Снится  мне  Ваше  очаровательное  лицо,  Ваши  губы,  похожие  на  лепестки  красной  розы,  Ваша  завораживающая  улыбка,  Ваш  нежный  голос,  похожий  на  зов  ангелов   на  небесах, Ваши  глаза,  похожие  на  глаза  джейрана! Ваши  вьющиеся  нежные  волосы  похожие  на  черный  шелк. Всякий раз, когда я  думаю о  Вас,  представляя  Ваше  лицо  перед  собой,  я  просто  тону  в  Ваших  глазах,  словно  утопленник,   который  тонет  в  бескрайнем  лазурном  океане,  где  весело  плавают  стая  дельфинов,  где  в  тихих  атоллах  беззаботно  колышутся  зеленые  пальмы,  где  видны   в  прозрачной, как стекло,  воде  океана  красно-багровые  коралловые  рифы  с  косяками  разноцветных  рыб! Я  думал  о  Вас,   когда латал  осенние ботинки и  зимние  сапоги. Иногда,  вместо  того, чтобы проколоть  голенище  сапог,  я  часто  вонзил  шило  себе  ногу. Неделю  назад  я  ехал  на  своем  мотоцикле  «Муравей»  по  дороге,  думая  о  Вас,  вспоминая Ваше   очаровательное   лицо,  Ваши  глаза,  Ваши  губы,  гладкий как у младенца подбородок, и  на  какое-то  время  забыл  об управлении мотоциклом, как  человек,  который  вдруг потерял  память.  Наконец  вспомнил  смутно  и  подумал, ну  я,  кажется,  только  что  ехал  на  мотоцикле,  и  где-то  здесь  должен  быть  руль. Где  этот  руль,  Господи?..   И тут…  случилось  нечто  страшное. Я  попал  в  аварию. Фарида,  Вы  не  волнуйтесь,  моя  возлюбленная. Слава  Богу,  что   я  пока  хорошо  себя  чувствую. Но  я  боюсь,  если сделают мне трепанацию черепа,  то  через  семь  дней  мои  мозги  могут  вытечь   через  прорези,   и  последствия  могут  быть  серьёзными. Поэтому,  не теряя времени,  я  попросил  у  медсестёр  ручку  с  бумагой  и  вот,  пишу  Вам  это  письмо. Медсёстры  думают,  что  я  пишу  завещание. Но  я  не  дурак,  чтобы  умереть  так  просто,  не  увидев  Вас,  хоть  напоследок. Я  хочу  умереть,  положа  свою  голову  на  Ваши  колени, Фарида! Умереть  в  Ваших  руках! Я  буду любить Вас даже после  своей  кончины, буду любить вечно! Если  всё  же  мне  не  удастся  увидеть  Вас,  и  если мне придется  умереть,  то  я  буду  ждать  Вас у  ворот  Рая,  усыпанных  розами,  которые  росли,   накручиваясь  в  золотые  решетки  райских  ворот, украшенных алмазами!

 

Безумно  любящий  Вас

- сапожник  Гурракалон.

 


Прочитав  письмо  Гурркалона,  Фарида  заплакала. Она плакала,  покрывая  лицо  этим  письмом,  и  целовала  его,  как  священное  писание. Потом  быстро  встала  с  места  и,  подняв   тяжелые  сумки   с  рисом,  пошла  в  сторону  автобусной  остановки. Там она села в  автобус и    поехала  в  сторону  больницы,  где  лежал  сапожник  Гурракалон.

В больнице   ей  дали белый  халат,  и  она,  накинув  халат  на  плечи,  зашла  в  палату,  неся  свои  тяжелые  сумки  с  рисом. В  палате  на  больничной  койке  лежал  башмачник  Гурракалон  весь  в  бинтах,  словно  мумия  в  египетской  гробнице  фараона Тутанхамона. Фарида  заплакала  и  не смогла  даже  толком  поздороваться  с  башмачником  Гурракалоном. Но  в  её  приходе  и  в её слезах  сочувствия  отражались  все  её  намерения,  вся доброта,  словом  - её  душа. Гурракалон  успокаивал  Фариду:

- Спасибо,  что  пришли,  Фарида. Я  знал  что  Вы  придете. Не  плачьте,  ради  Бога. А  то  я  тоже  заплачу -  сказал  он.

От  улыбки  горели  его  глаза.

– Простите,  Гурркалон-ака,  что  я  поздно  узнала  об  этом. Ещё  раз  прошу  прошение  за  то,  что  я  пришла  с  пустыми  руками -  продолжала  плакать  Фарида.

– Да,  что  Вы,  не  думайте  даже  об  этом. Ваш  приход  для  меня -  всё. Вы  не  знаете  даже,   что  Вы  своим  приходом  подарили  мне  силу. Теперь  я  передумал  умереть. Какая  Вы  у  меня  красивая,  Фарида! – сказал  Гурркалон.

– Да  уж,  скажете  тоже. Какая  я  красивая?. Эвон  какая  толстая – сказала  Фарида.

– Нет,  Фарида,  не говорите так.  Этими  словами  Вы   задеваете мои  чувства. Это  Вам  кажется,  что  Вы  некрасивая.  А  для  меня  нет женщины  красивей  Вас  во  всем  мире! Я  люблю  Вас  и  я  готов  отдать  за Вас  свою  жизнь! Причем  с  легкостью,  с  радостью! Поверьте.  Я  Вас теперь  никому  не  отдам! Даже  Вашему  мужу! Теперь  мы  будем  жить  вместе! У  меня  есть  отдельный  дом  на  берегу  реки! Я  увезу  Вас  туда  вместе  с  Вашимы  детьми  и  Вашей  свекровью.  Там  будем  жить  спокойно, по-человечески  и  всегда  будем  вместе! – сказал  башмачник  Гурркалон,  и  из  его  глаз  потекли  слезы.

– Успокойтесь,  Гурркалон-ака.  Вам  нельзя  волноваться. Врачи  так  говорят -  сказала  Фарида, успокаивая  башмачника  Гурркалона.

– Дайте  мне руку. Я  хочу  держать Вашу  руку – сказал  Гурркалон.

Фарида  не  знала,  что  делать. Потом,  оглядываясь  назад  в  сторону  двери,  сказала:

- Нет, ну...  зачем  Вам  моя  рука – смутилась  она.

– Прошу  вас – умолял  Гурркалон.

После  этого  Фарида  осторожно  подошла  к  койке и  протянула  руку  Гурракалону. Тот  притянул  к себе пухленкую, нежную   руку Фариды  и поцеловал  её  пальцы. От  приятного  волнения  Фарида  почувствовала  дрожь внутри и  от  этого  опянеюшего  чувство слегка  закружилась  её  голова.

Тут  прозвучал  голос  медсестры, которая сказала, что  время у  Фариды истекло, и что   дальше  она  может  утомить  больного.

– Ну, Гурракалон-ака,  мне  пора  уходит.  Берегите  себя,  я  завтра  приду – сказала  Фарида  и  собралась  уходить.

–Хорошо  моя  милая,  только  прошу  об  одном. Там,  в  тумбочке,  лежат  печенье,  конфеты, булочки  с  пряниками и  много  фруктов. Возьмите и отнесите всё это  детям  и  Вашей  свекрови,  пожалуйста – сказал  башмачник  Гурркалон.

–Нет,  нет,  что  Вы,  Гурркалон-ака,  ешьте  сами.  У  нас  дома  все  есть. Сама  пришла  с  пустыми  руками,  как  же  я  могу  забрать то, что Вам предназначено? – сказала Фарида.

– Фарида,  не  отказывайтесь. Иначе  разорву  все  эти  шнурки  и  умру – сказал  упрямо  Гурркалон. После  этих  слов  Фариде ничего не оставалось делать, как повиноваться  Гурркалону,   и  она  положила  всё, на что  указал  Гурркалон,  в  запасную  сумку.  Потом  поблагодарила его   и,  попрощавшись  с  ним,  вышла  из  палаты  с  тяжелыми  сумками  в  руках.

 

 

 

 

 

 

 

 

Хорошо написали, Лев Валентинович, о чужом трансплантированном сердце, которое висит в человеке, как сварованный колокол в часовне чужого монастыря.

Так же Вы пишите "Уй - ду, уй - ду, уй- ду!", "Ну - нет, ну- нет, ну- нет!", "И-ди, и -ди, и- ди!" в такт серцебиение и прызиваете человечество, произнося следующие слова:

- Люди, любите и поддерживайте друг друга!

Эти слова настоящего человека, у который чистое, нечужое сердце!

Да, Вы правы, все люди планеты, независимо от их религии, расы и национальности, должны жить вместе, в мире и согласие, как единая семья! Потомучто все люди дети Адама и Евы!

Спасибо, дорогой Лев Валентинович!

 

С  уважением, Холдор  Вулкан.




 

Лев    Сокольников

 

Чужое сердце.



"Уй-ду, уй-ду, уй-ду! - второй год пугает стуком пересаженное сердце. Чужое. Трансплантированное.

"А, может, сердце право? Талантливый хирург загнал сердце в чужую грудную клетку и заставил гонять чужую кровь по сосудам, не спросив согласия работника? Явное насилие над чужим органом"! - сознавая справедливость чужого сердца, всё же отвечаю ему:

- "Ну-нет, ну-нет, ну-нет!" - и принимаю, неведомо какую по счёту, таблетку препарата "угнетающего иммунную систему организма и не позволяющего отторгать инородный белок". Чужое сердца, то есть.

Человек устаёт, как от счастья, так и от страха смерти. Когда страх отходит в сторону - на его место приходит злость, и отвечаю чужому "мышечному органу для перекачки крови по сосудам организма":

- "И-ди, и-ди, и-ди"! - но страх расстаться с видимым миром оказывается наверху, давит ненависть к чужому капризному сердцу и очередной спор заканчивается таблеткой...

Но как сердце может быть "чужим", если оно гоняет кровь по сосудам моего тела? Благодарить чужое сердце за "систолы и диастолы", коими удерживает моё тело в этом мире?

- Люди, любите и поддерживайте друг друга! - не более, чем слова, вроде бы в истории медицины язык никому не пересадили, прочие пересаженные органы не врут и отторгаются молча...

Почему пересаженная почка глуха к призыву "помогать друг другу", но говорит мне:

- Помни: работаю по принуждению, по приказу от таблеток!

Если бы не дождался донора и умер - скорбь родных длилась какое-то время, но и они в итоге пришли бы к утешению:

- Что поделать, родился с больным сердцем... Тяжело смерть близких переносить... - но жить с мыслью: "а сердечко-то - чужое, хотя и здоровое, но "таблеточное"... И сколько продержится уговорами - кто знает? И родня устала от страхов:

- "Сколько чужая почка прослужит? Год? Два? Десять? И всё это время на таблетках? Человеческая психология: "хотя минута - да моя"!? А какая минута? Радостная, или отравленная:

- "Ведь уйдёт, уйдёт чужое оно! Если своё, родное сердце, изменило телу и отказалось работать, то чего ждать от чужого? Как не удерживай, а оно может выкинуть фортель и остановиться в любой миг! И никаких обид быть не должно! И сколько искусственно давить иммунную систему ради главного устройства? Бить препаратами по печени и почкам? Бояться малейшей инфекции со стороны? Ведь любой новый грипп легко и просто выполнит поговорку: "с чужого коня и посреди грязи слезешь"? - прав родственник, ещё никто от угрозы "слезть с коня посреди грязи" не избавил. Первый, с кем угроза займётся - это я.

И страх! Совсем недавно страх умереть с прежним больным сердцем ни на секунду не оставлял сознание, но и чужое сердце от страха полностью не избавляет: "чужое сердце никогда и никому радости не принесёт. Как бы я его не любил".

Что такое "имплантация органов"? Установка чужого сердца в мою грудь - "достижение медицины", или не совсем так? Или "совсем не так"? Не лучше ли приходить в этот мир со здоровым сердцем и не губить его по глупой прихоти нашей?

 

 

 

 

Холдор  Вулкан

 


Добрые соседи

 


Бедного человека укусит собака, даже если он сидит на высоком верблюде.

(Узбекская пословица)

 

 


После утренней молитвы Фарида взяла ведро зашла в коровник подоить корову. Там она чуть в обморок не упала, увидев страшную картину. Из руки Фариды выскользнуло ведро и, загремев, упало на землю. В коровнике лежала их дохлая корова. Потухшие её глаза были открытыми, а из её некрасиво скривившегося рта торчал язык сиренового цвета. Фарида горько зарыдала надрывным голосом, прислонясь к неоштукатуренной стене коровника, чтобы не упасть.

- Господи! За что ты отобрал наш последний источник дохода, которым кормилась наша семья, еле сводя концами?! Как я теперь буду кормить своих детей и слепую свекровь, Господи?! – плакала она.

Когда она вышла во двор, продолжая громко плакать, испугавшаяся слепая свекровь спросила её, почему она плачет. Фарида сказала ей страшную правду, и свекровь тоже заплакала. Потом она стала умолять Фариду, чтобы она не била детей. Она сказала, что после того как дети, которые пасли корову, вернулись домой, они рассказали, как их корова, волоча за собой Мекоила, направилась в сторону хлопкового поля. Мекоил был еще недостаточно силен, чтобы с помощью аркана остановить корову. Если, не дай бог, бригадир или председатель колхоза увидит корову, которая лопает хлопчатник, то корове - конец. Они тут же зарежут её и конфискуют мясо. Таково было постановление председателя колхоза, дескать, нельзя кормить скот важным государственным стратегическим сырьем. Поэтому Мекоил старался изо всех сил тянуть на себя аркан, чтобы не позволить корове есть хлопчатник. Он кричал своей сестричке, чтобы она помогла гнать корову сзади, стегая её палкой. Пока они тянули корову, она успела съесть значительную порцию хлопчатника. Дети обрадовались не только потому, что им удалось оттянуть корову. Они облегченно вздохнули, потому, что никто из руководителей не видел, как их корова ела хлопчатник. Из слов детей начала выяснятся причина гибели коровы. То есть слепая свекровь предположила, что хлопчатник, который съела корова, был специально отравлен ядовитыми пестицидами. После этих слов свекрови Фарида снова зарыдала громким голосом, в отчаянии ударяя себя по голове. Услышав шум, проснулись соседи и вошли во двор. Один из них скорбно начал выражать соболезнование:

- Не плачьте, соседка. Это дело Божье... Бедная Ваша свекровь при жизни была безобидной старухой. Хотя она было слепая, но предвидела всё как Ванга. Она, видела глазамы которые открылись у неё  в душе  как  у экстрасенсов. Да будет её место в Раю, амин! Примите наше соболезнование, Фаридахон – сказал он.

– Да, что вы люди, на самом деле, моя свекровь жива! Корова наша сдохла! – сказала Фарида горько плача.

Тот извинился:

- Ах, простите ради Бога, соседушка. Значит, Ваша свекровь долго будет жить... Простите... сказал сосед.

– Боже Всемогущий, зачем ты так, а? Лучше бы забрал меня, a корову оставил! Как мы теперь жить-то будем?! Сын мой окаянный - пьяница! Пожалел бы, Господи, мою сноху! Ей и так было очень трудно... – плакала слепая свекровь, лежа на чорпае.

Тут кто-то вмешался в разговор, и начал давать советы:

- Не горюйте, не переживайте, соседка. Всегда есть выход. Безвыходного положения не бывает. У меня есть один знакомый мясник по имени Саидваккас. Он может купить тушу Вашей дохлой коровы и быстро реализует, размешав её со свежим мясом. У Саидваккаса золотые руки. Он мастер своего дела и действует как картежник с полувековым стажем. Саидваккас реализует не только дохлый скот, но и кости тоже. Он закупает их тоннами, потом перепродает потребителям с такой ловкостью, что покупатели даже не замечают, как он подсовывает размельчённые старые кости, которые он закупает в зоопарках. Правда, один учитель, заметив это, поднял политический скандал, угрожая посадит мясника в тюрьму на длительный срок. Но мясник Саидваккас спокойно взял длинный нож, заточил его хорошенько с помощью напильника с волчий ухмылкой, срезал один тонкий волосок своей руки, как бы проверяя остроту ножа, и ударил учителя этим холодным оружием в горло изо всех сил, но учитель отскочил назад и уцелел. Но, сильно испугавшись, он резко побледнел, словно вампир в полнолуние. Мясник Саидваккас сказал, не дай бог, учитель проболтает о его гнусном преступлении, тогда ему придет конец, то есть он сразу превратится в труп. После этого учитель перестал спорить с мясником Саидваккасом. Услышав необыкновенный совет своего соседа Фарида на миг перестала плакать и сказала:

-Что вы говорите? Вы в своем уме? Реализовать мясо дохлой коровы в мясном ларьке, - это большой грех! Как я буду отвечать перед Богом на том свете? – сказала она.

Тут третий человек стал давать свои ещё более интересные советы:

- Тогда, эту дохлую корову нужно продать мясокомбинату, где производят колбасу. Там работает мой брат и он рассказывал, что многие люди каждый день из разных уголков области привозят туда дохлых коров, овец и коз. Не знаю, в курсе Вы или нет, сейчас наша Республика стала независимым, и предприятия перешли в руки предпринимателей. А предпринимателей не очень интересует, какая там болезнь, «сальмонелла», «бруцеллез», «эбола» или «бешенство». Для них главное, чтобы деньги текли рекой. Вот они и скупают дохлый скот и делают колбасу различных сортов. Эх-хе-ей, оказываются они покупают тоннами старинные книги древних поэтов и философов в качестве макулатуры, которые библиотекари нелегально привозят на самосвалах, чтобы продать. После этого предприниматели, разрезав эти книги на мелкие куски с помощью специальных размельчителей, смешивают их с жидкой мясной массой.Вот по этому насиления нашей области, которые едят колбасу, сами того не замечая становятся мудрыми день за днем. Это еще ничего. Брат мой, который работает на этом предприятии, недавно рассказывал, что однажды на мясокомбинате без вести пропал высокий дворник - алкаш, и через день лоскуты его клетчатой рубахи и сношенную тюбетейку с кусками его резиновых сапог обнаружили в огромном барабане, где мясная смесь заливается в специальные кишки. Вот туда и сдадим Вашу дохлую корову за определенную сумму денег. Не бойтесь, там работают высококвалифицированные ветеринары, и они подготовят Вам соответствующие документы о том, что корова Ваша была живая и не болела сальмонеллой, бруцеллезом или бешенством. Там будут поставленные в аккурат и печать со штампом. Об ответственностях перед Богом, тоже не стоит думать. Вы же колбасу не едите, правильно? Вот и на том свете Вам не будут задавать сложные вопросы о колбасе. Или скажете Богу всю правду, о том, что Вы были просто вынуждены продать мясокомбинату тушу своей дохлой коровы, так как у Вас не было другого выхода.

Услышав это, Фарида произнесла: «Астагфуруллах! Астагфуруллах!» Потом начала выгонять соседей со двора:

- Уходите сейчас же, придурки! Шайтаны! Уйдите из нашего двора, ради всего святого! Оставьте нас в покое! – кричала она нервно и продолжала реветь, присев на деревянную ступеньку, закрыв лицо ладонями. Слепая свекровь Фариды тоже заплакала.

 

 

 

 

 

 

Наши поздравления

Я поздравляю от чистого сердца писательницу Светлану Александровну Аликсиевичу по случаю присуждения ей Нобелевской премии мира!

С уважением, узбекский писатель Холдор Вулкан.

Канада.

 


 

 

http://elektroas.ru/wp-content/uploads/2010/04/vesennij-prilet-aistov.jpg


Наконец настал момент обрезания и Курумбой приказал нам, чтобы мы крепко держали моего племянника за руки и за ноги, положив его на матрас. Когда все было готово, Курумбой наточил свой кинжал о каменную точилку словно косарь, который собирается косить сочную траву на лужайке. Потом велел, чтобы в рот моего племянника кто-нибудь сунул тюбетейку, чтобы он во время операции не закричал от боли. Парикмахер Комил Кашей, сняв свою тюбетейку, сунул в рот моего племянника. После этого Курумбой с помощью плоскогубцев потянул мошонку племянника и, отрезав её лишний кусочек, завершил операцию. Тут кровь хлынула фонтаном, и руки Курумбоя покрылись кровью до локтей.
- Как остановить кровь, красный каминдон?! - кричал Мамадияр в панике.
-Зачем останавливать кровь, пусть стекает! Она сама остановится, когда надо - сказал Курумбой, вытирая тряпкой свой окровавленный кинжал.
- Что Вы говорите, таш каминдон?! От потери крови мой бедный племянник может погибнуть! - сказал я.
- Дети узбеков не гибнут из-за какой-то потери крови! Они могут жить даже тогда, когда у них не останется ни капли крови в жилах! Вот такой мы великий народ! - сказал Курумбой с гордостью.
Нам ничего не оставалось делать, кроме как повиноваться доблестному патриоту, мудрому каминдону и вечно незаменимому партбаши. Когда все это завершилось, Юлдашвой принес воду в чайнике и подошел Курумбою:
- Товарищ комбриг, сполосните руки. А то они страшно выглядят. Они все в крови - сказал он.
- Нет, не надо, красный Юлдашин. Я не буду смывать кровь с рук. Потому что я каминдо-властелин, то есть, падишах, понимаете? Какой с меня падишах, каминдон, если у меня руки не в крови? Давайте, лучше поиграем в теннис! - сказал Курумбой.

 

 

Холдор Вулкан

 

 

 

 

 

 

Пятидесятое письмо Мизхаппара



Дорогой Сайитмират-ака, неделю назад я написал пригласительный билет на куске рубероида и отправил его Вам по почте. Но почему-то он вернулся, не дойдя до Вас. Может, я неправильно написал Ваш адрес? Потом звонил Вам много раз и никак не смог связаться. А какие Ваши телефонные номера? Ну, теперь это не важно. Потому что свадьба уже прошла. Сами в курсе, что муж моей сестры после пожара, который произошел в пожарной охране, стал инвалидом. Самое страшное его дом тоже сгорел. Мой племянник, который учиться в седьмом классе, спалил по пьянке свой собственный дом. Хорошо, что никто из семьи не пострадал. Но дом сгорел дотла. Моя сестра стала жить с своей семьей в шалаше который построили на краю поле. Вот, однажды, она пришла к нам и плакала:

- Мизхаппаржон, ты знаешь, что мой муж инвалид. Он всю жизнь работал в пожарном отделении, но когда он был прикован к постели, никто из его коллектива ни разу не навестил его. Недавно в наш шалаш пожаловал ученик участкового Шгабуддинова стукач Ыррап и сказал, мол, мы арестовали Вашего сына, когда он с директором школы выпивал арак и играл в покер. Если дадите деньги на водку, мы освободим Вашего сына по всеобщей амнистии.

- Я говорю, Ыррапжон, у нас нет таких больших денег. На днях от финансовых затруднений мы продали цыганам медали моего мужа, которые он получил за свои труды и на которые мы покупали хлеб. Сами знаете, наш дом сгорел, и мы живем в таких условиях в шалаше. Вчера пришли люди из госстраха и насильно застраховали наш шалаш. А что касается моего сына, Вы можете его спокойно отправить в исправительную колонию строгого режима или в тюрьму. Пусть там он научиться уму разуму. Иначе он может спалить и этот шалаш.

После этого стукач Ыррап ушел... Такими словами моя сестра ревела. Услышав слова своей сестры, я вздохнул. Жалко стала её.

- Не плачьте, сестра моя. Знаю, скоро зима. Будут падать полутораметровые снега, начнутся небывалые холода. Ваш шалаш ближе к оврагам, где могут появляться голодные волки в холодных туманах, когда ничего невозможно разглядеть. Ночью может подняться пурга, и она легко может снести Ваш шалаш, что тогда? Поэтому мой вам совет, живите лучше в свинарнике, то есть в нашем офисе. Вы не печальтесь. Великие люди тоже не имели крышу над головой. Один философ по имени Диоген жил в деревянном бочке, представляете?! К нему однажды подходит сам Ал Искандер Македонский и спрашивает, мол, ты, это, как тебя... Диоген, почему живешь в этой бочке словно краб? Квартиру свою пропил что ли? Диоген сказал этому Ал Искандеру "Отойди, пожалуйста, ты загораживаешь мне солнце". А вождь пролетариата товарищ Голодомор Ийлич Лелин? Он тоже оказывается жил в шалаше, как Вы, на берегу озера "Разлив" - сказал я как бы подбадривая свою сестру.

Отчим сказал:

- Нет, доченька приемная, ты лучше живи в церкви, которую я построил. Когда придут голодные волки, ты отпугнешь их звоня в колокола: "динг- донг!" "чаланг! чулинг!". Услышав это, волки испугаются совсем и разбегутся, обгоняя друг - друга

- Нет, мне не нужен дом. Лучше я буду жить со своей семьёй в родном шалаше, установив там сандал - сказала моя сестра.

- Не плачь, доченька приемная, твой отчим оповестить об этом своего друга Дурмейила Эъвогара, и он напишет большое анонимное письмо и с этим письмом обратиться к губернатору Ебтоймасу Таппаталаровичу. Тогда Ебтоймас Таппаталарович прикажет своим, и они, установив столбы, смонтируют электролинию до Вашего шалаша. Проложат туда дорогу и заасфальтируют. Самое хорошее это то, что электрики и газовики, опасаясь голодных волков, не поедут к Вашему шалашу, чтобы проверить счетчики, - сказала мачеха моя.

- Я пришла к Вам совсем по другому делу, Мизхаппар. Твой младший племянник на следующий год пойдет в школу. А он до сих пор ходит необрезанным. Я слышала, что твой друг Курумбой, оказывается, хороший хирург. Он может сделать моему сыну обрезание? Ты скажи ему, может быть, он поможет? - сказала моя сестра.

- Почему бы и нет, сестра? Конечно, поможет. Сыграем большую свадьбу. Я сам собственноручно напишу пригласительные билеты на куске рубероида и приглашу всех моих знакомых на свадьбу моего племянника. Поскольку я являюсь знаменитом каратистом, я могу организовать спортивный турнир, который будет проходить в день свадьбы моего племянника. Разве это проблема? Зарежем барана приготовим плов, лагман, шурпу для гостей - сказал я.

- Спасибо, братишка - сказала моя сестра улыбаясь сквозь слезы. На следующий день я нарезал из рубероида сотню карт и на них гвоздём написал пригласительные письма.. Потом раздал этих пригласительные односельчанам и отправил по почте своим знакомым которые живут за пределами нашего села. Друзьям однопартийцам тоже.

- Не волнуйтесь, помещик Мизхаппар, я сам собственноручно обрезаю вашего племянника - сказал Курумбой.

- Спасибо, товарищ каминдон, за партийную поддержку - сказал я.

 

 

 

 

 

Подробнее...

 
Еще статьи...